ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Марк Антоний	триумвиры
Октавий Цезарь
Лепид
Секст Помпей
Домиций Энобарб	приверженцы Антония
Вентидий
Силий
Эрос
Канидий
Скар
Деркет
Деметрий
Филон
Меценат	приверженцы Цезаря
Агриппа
Тавр
Долабелла
Прокулей
Фидий
Галл
Менас	приверженцы Помпея
Менекрат
Варрий
Евфроний	посланец Антония к Цезарю
Алексас	придворные Клеопатры
Мардиан
Диомед
Селевк	казначей Клеопатры
Предсказатель
Сельчанин
Клеопатра	царица Египта
Октавия	сестра Цезаря
Хармиана	прислужницы Клеопатры
Ира	прислужницы Клеопатры
Военачальники, солдаты, гонцы, придворные, слуги.

Место действия: в разных частях Римской державы.

АКТ I

Сцена 1

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Деметрий и Филон.

Филон

Наш полководец вовсе одурел.
Глаза его, сверкавшие бывало
В сраженьях, над солдатскими строями,
Как огненные очи бога войн,
Теперь молитвенно устремлены
На смуглый лоб цыганки. Прочь отбросил
Рассудок, меру. Грудь богатыря,
Что на себе рвала застежки лат
В великих битвах, ныне превратилась
В мехи, чтоб, обдувая, утолять
Похоть цыганкину.

Трубы. Входят Антоний, Клеопатра, ее прислужницы, свита. Евнухи обмахивают Клеопатру опахалами.

Филон

Вот они сами.
Любуйся — триумвир, один из трех
Столпов вселенной, в дурачках у шлюхи.
Наглядывайся.

Клеопатра

Если не шутя
Ты любишь, то скажи, в каких пределах.

Антоний

Нища любовь, которой дан предел.

Клеопатра

Ей рубежи желаю обозначить.

Антоний

Где обозначить? Прежде отыщи
Ты новые и небеса, и землю.

Входит служитель.

Служитель

Мой господин, гонцы из Рима.

Антоний

Эх,
Досада. Коротко скажи, в чем дело.

Клеопатра

Нет, нет, Антоний. Выслушай гонцов.
Быть может, Фульвия твоя гневится.
Или, как знать, юнец голобородый,
Октавий Цезарь шлет тебе приказ:
Мол, сделай то-то, так-то, завоюй
Вот это царство, а вон то очисти, —
Иначе покараем.

Антоний

Ну, ну, ну.
Ты что, любимая?

Клеопатра

Уж это точно.
Уж оставаться здесь тебе нельзя.
Пришло веленье. Выслушай его.
От Фульвии. От Цезаря, вернее.
Иль оба шлют приказ? Зови гонцов.
Клянусь египетским моим престолом,
Ты покраснел — и этим признаешь,
Что над тобой владычествует Цезарь.
Иль разгорелись щеки от стыда,
Что ты у женки въедливоголосой,
У Фульвии под каблуком? Зови гонцов!

Антоний

Пусть Рим потонет в водах Тибра! Пусть
Обрушится широкий свод державы!
Здесь мое место. Что земные царства?
Грязь, глина. И животных, и людей
Навозная земля равно питает.
Нет, благородство жизни — только в этом
Объятии. (Обнимает ее.) Когда в любви сошлась
Такая пара, гордо заявляю
Пред миром всем, что нам подобных нет.

Клеопатра

Ах, краснобай! А Фульвию зачем
Он в жены брал? Неужто безлюбовно?
И неужель я дурочкой кажусь?
Нет, я не дурочка. И знаю я:
Антонием Антоний остается.

Антоний

Но Клеопатрой навек потрясен.
Во имя нег любви прошу тебя, —
Не будем тратить время на раздоры.
Пусть ни мгновенья жизни не пройдет
Без услаждений новых. Чем сегодня
Потешимся?

Клеопатра

Гонцов прими, посланцев.

Антоний

Сварливая царица, ай-ай-ай!
Но всё тебе к лицу — смеяться, плакать,
Браниться. Выраженная тобой,
Любая страсть становится красивой!
Посланцев принимаю лишь твоих.
Сегодня будем мы вдвоем, без свиты,
Бродя по улицам ночным, глядеть
На городские нравы. Ты вчера ведь
Желала этого. Пойдем. (Служителю.) Молчи.

Антоний, Клеопатра и обе свиты уходят.

Деметрий

Неужто у Антония в таком
Наш Цезарь небреженье?

Филон

Временами
Антония былого не узнать.
Роняет он тогда свое величье.

Деметрий

Как жаль, что сплетни римские о нем
Нелживы оказались. Но надеюсь,
Что завтра все поправится. Прощай.

Уходят.

Сцена 2

Другая комната во дворце. Входят Хармиана, Ира и Алексас.

Хармиана

Господинчик Алексас, душка Алексас, самый-рассамый Алексас, где же предсказатель? Ты так его расхваливал царице. Ужасно мне хочется знать имя будущего мужа моего, который непременно, как ты говоришь, украсит свои рога брачными венками!

Алексас

Предсказатель!

Входит предсказатель.

Предсказатель

Чем услужить могу?

Хармиана

А-а, вот он. Это ты провидец вещий?

Предсказатель

Неисчерпаемую книгу тайн
Природных я читать чуть-чуть умею.

Алексас

Ты покажи ему свою ладонь.

Входят Энобарб и слуги.

Энобарб

Внесите фрукты и вина побольше:
За здравье Клеопатры будем пить.

Хармиана

Достопочтенный, нагадай мне счастье.

Предсказатель

Я судеб не творю. Я прорицаю.

Хармиана

Напрорицай судьбу мне посветлей.

Предсказатель

Добро в тебе усилится к закату.

Хармиана

Я раздобрею, растолстею я.

Ира

Нет, наживешь добра ты и морщин,
И щедро будешь краситься.

Хармиана

Не дай Бог!

Алексас

Не раздражай провидца, помолчи
И слушай.

Хармиана

Тише! Слушаю. Молчу.

Предсказатель

Скорее любящею, чем любимой
Ты будешь.

Хармиана

Предпочла бы распалять
Вином я печень, нежели любовью.

Алексас

Да слушай ты!

Хармиана

Найди мне в линиях руки судьбу как можно краше. Пусть выйду я за трех царей с утра и овдовею к вечеру. А в пятьдесят лет пусть рожу ребенка, и да склонится перед ним сам Ирод Иудейский. Пусть сделаюсь женою молодого Цезаря и вровень стану с госпожой моей.

Предсказатель

Переживешь ты госпожу свою.

Хармиана

Отлично! Долголетье мне слаще инжира.

Предсказатель

В твоем прошедшем времена светлее,
Чем те, что впереди.

Хармиана

Должно быть, детей нарожаю внебрачных. А сколько их у меня будет, мальчишек и девчонок?

Предсказатель

Имей утробу каждое желанье,
Детей бы у тебя был миллион.

Хармиана

Фу, бесстыжий! Но что с глупого вещуна взять...

Алексас

Ты думала, только простыням твоим ведомы твои желанья?

Хармиана

А теперь Ире прорицай.

Алексас

Мы все свою судьбу сейчас узнаем.

Энобарб

Сегодня мне и почти всем нам судьба — упиться в лежку.

Ира

Во всяком случае, моя ладонь сулит чистоту и воздержность.

Хармиана

Ага, как половодье Нила сулит голод.

Ира

Молчи, шалая моя подружка, из тебя вещунья никудышная.

Хармиана

Ну, если масленистая ладонь не признак многолюбья, тогда я и впрямь никудышная. Ты напророчь ей судьбу серенькую.

Предсказатель

Вас ожидает сходная судьба.

Ира

Какая же? Подробней говори.

Предсказатель

Я кончил.

Ира

И неужели моя судьба ни на вершок не лучше, чем ее?

Хармиана

А если б лучше на вершок, то что бы ты на этот вершок удлинила?

Ира

Да уж не нос моего мужа.

Хармиана

Спаси нас небеса от сальных мыслей! Теперь скажи судьбу Алексаса, Алексаса! О милая богиня Изида, молю тебя, дай ты ему жену бесплодную и ненасытную, и пусть он, овдовев, женится на еще сквернейшей, а после еще и еще, и самая последняя и скверная пусть смеясь похоронит его, пятидесятикратно рогатого! Лучше уж откажи мне, добрая Изида, в чем другом и важнейшем, но эту мольбу мою уважь. Молю тебя, предобрая Изида!

Ира

Аминь. Дорогая Изида, услышь эту народную мольбу. Сердце болит, когда видишь, как наставляют рога человеку хорошему, но еще мучительнее видеть, как негодники ходят безрогие. Будь же справедлива, милая Изида, и дай ему судьбину надлежащую.

Хармиана

Аминь.

Алексас

Ты гляди-ка, если бы мое рогачество от них зависело, то они б и площадными шлюхами согласны стать, лишь бы сделать меня рогачом.

Энобарб

Молчи. Идет Антоний.

Входит Клеопатра.

Хармиана

Нет. Царица.

Клеопатра

Где мой Антоний?

Энобарб

Госпожа моя,
Не знаю.

Клеопатра

Здесь не видели Антонья?

Хармиана

Нет, государыня.

Клеопатра

Он весел был. Внезапно поугрюмел,
Задумался по-римски. Энобарб!

Энобарб

Да, государыня?

Клеопатра

Найди его,
И пусть придет сюда. А где Алексас?

Алексас

К твоим услугам. Вон Антоний сам.

Клеопатра

Сейчас мы не желаем его видеть.
За мной ступайте.

Уходят.

Входят Антоний и гонец.

Гонец

Нет, пошла войной
Твоя супруга Фульвия.

Антоний

На Люция,
На брата моего?

Гонец

Да. Но они,
Недолго воевав, объединились
Против Октавья Цезаря. А он
Их, победивши в первом же сраженье,
Принудил из Италии уйти.

Антоний

Так. Дальше что? Еще сквернее?

Гонец

Вестник
Худых вестей себе несет беду.

Антоний

Когда выслушивает вести трус
Или глупец. Всё говори спокойно.
Случившегося вспять не поворотишь.
Пускай в известии таится смерть,
Но если правда, то приму, как если б
Ласкали мое ухо похвалой.

Гонец

Весть горькая. Изменник Лабиен
С парфянским войском занял нашу Азию.
Его знамена реют от Евфрата
До малоазиатских берегов.
А в это время...

Антоний

Продолжай:

Антоний

В Александрии...

Гонец

О, властитель мой!

Антоний

Да не смягчай всеобщего сужденья.
Режь правду-матку. Прямо назови
Царицу так, как обзывают в Риме.
Срами меня, как Фульвия срамит.
В бездействии наш разум зарастает
Сорной травой. Злословье и хула
Полезны нам тогда, как вспашка полю.
Пока прощай.

Гонец

Покорный твой слуга.

Уходит.

Антоний

Эй, кто там? Что слыхать из Сикиона?

Первый служитель

Из Сикиона прибыл ли гонец?

Второй служитель

Он ожидает.

Антоний

Позовите. Надо
Египетские цепи разорвать,
Пока не выжил вовсе из ума я.

Входит второй гонец.

Антоний

Что скажешь?

Второй гонец

Фульвия, твоя жена,
Скончалась.

Антоний

Где скончалась?

Второй гонец

В Сикионе.
Болезни ход и прочее — в письме
Вот этом.

Антоний

Одного меня оставьте.

Гонец и слуги уходят.

Антоний

Большая сила духа в ней была.
А я желал кончины этой. То-то!
Презрительно швыряем от себя,
Потом спохватываемся, но поздно.
Коловращенье колеса времен
Все обращает в противоположность.
Толкавшая рука теперь схватить
Хотела бы, да уж не воротить.
Порвать я должен с этой чаровницей.
От здешнего безделья — тьма вреда.
Эй, Энобарб!

Входит Энобарб.

Энобарб

Что, господин, прикажешь?

Антоний

Отсюда нужно чем скорее прочь.

Энобарб

Но мы ж поубиваем наших женщин. Мы же видим, как смертоубийственна для них любая черствость. Наш отъезд обернется для них не иначе как смертью.

Антоний

Надо ехать.

Энобарб

Ежели надо действительно, то что ж, пусть умирают женщины. Жаль было бы терять их по причине пустяковой, но в сравнении с делом великим они и сами должны почесться пустяковиной. А ведь дойди до Клеопатры хотя б шепоток об отъезде, она тут же умрет. Я раз двадцать уже видел, как она помирала и по менее веским резонам. Думаю, ей это помиранье — как любовник, оно ее живит и услаждает, ей помирать не терпится.

Антоний

Она непредставимо хитроумна.

Энобарб

Ох, господин мой, тут не хитрость, она горит и пышет чистейшею любовью. Из глаз ее не слезы, из груди не вздохи, а шторма и бури похлеще отмеченных календарями. А если это — хитрое уменье, тогда она способна потягаться с самим богом ливней и громов.

Антоний

Лучше б ее не видел никогда.

Энобарб

О, тогда б ты не увидел мастерски сработанного чуда природы и вернулся бы из путешествий оплошавшим.

Антоний

Фульвия умерла.

Энобарб

Что?

Антоний

Фульвия умерла.

Энобарб

Фульвия?

Антоний

Умерла.

Энобарб

Что ж, господин мой, принеси благодарственную жертву богам. Коль их пресветлостям угодно взять жену у человека, то остается ведь портняжество земное — та игла, которой делают одежки взамен сношенных. Если б не было женщин других, кроме Фульвии, тогда бы урон был и вправду плачевным. А сию беду венчает утешенье, что старую рубаху сменит юбка новая. И лить над этим горем надо слезы луковые.

Антоний

Ею початые дела державы
Нуждаются в присутствии моем.

Энобарб

А початые тобою здешние дела, особливо дело Клеопатрино, без твоего присутствия и вовсе невозможны.

Антоний

Довольно балагурить. Сообщи,
Что отплываем, нашим офицерам.
Царице сам причину объясню,
Добьюсь ее согласья на разлуку.
Не только смерть жены, но и другие
Дела торопят нас. Друзья зовут
Настойчивыми письмами из Рима.
Открыто Цезарю противостав,
Помпея сын теперь владычит морем.
Народ наш скользок. Любит лишь вождя
Отжившего, за мертвые заслуги.
Теперь готов перенести любовь
С великого Помпея на сынка,
Секста Помпея, — и в приливе мощи
И славы, полон бодрости к тому ж,
Секст, возомнив себя бойцом верховным,
Устои мира может пошатнуть.
Так волос конский, обратясь в болоте
В змею, способен ядовитым стать.
Гроза нависла. Отплываем спешно.
Веленье подчиненным передай.

Энобарб

Все выполню.

Уходят.

Сцена 3

Комната во дворце. Входят Клеопатра, Хармиана, Ира и Алексас.

Клеопатра

Антоний где?

Хармиана

Не знаю, не видала.

Клеопатра

(Алексасу)
Ступай-ка высмотри, где он, и с кем,
И занят чем. И помни — я тебя
Не посылала. Если неулыбчив,
Скажи, что я пляшу. А если весел —
Что захворала. Быстренько туда,
И вмиг обратно.

Алексас уходит.

Хармиана

Государыня!
Ведь ты Антония взаправду любишь,
Но этим поведеньем в нем любовь
Не разожжешь, по-моему.

Клеопатра

А что же
Должна я делать?

Хармиана

Да во всем ему
Мирволить и ничем не раздражать.

Клеопатра

Чтоб потерять его? Совет дурацкий.

Хармиана

Но если слишком помыкают милым,
Мученье может стать ему постылым.

Входит Антоний.

Хармиана

Вот он идет.

Клеопатра

Насуплюсь. Я больна.

Антоний

Событья принуждают, как ни грустно...

Клеопатра

О Хармиана, помоги уйти.
Я падаю. Я кончусь, если боль
Не кончится.

Антоний

Царица дорогая...

Клеопатра

Мне душно, отойди.

Антоний

Да что с тобою?

Клеопатра

Отрадны вести, вижу по глазам.
Жена изволит звать? Пускай не скажет,
Что я держу. Ох, лучше бы она
Тебя вовек сюда не отпускала.
В тебе не властна я. Ты весь — ее.

Антоний

Боги — свидетели...

Клеопатра

О, никогда
Обманутeй царицы не бывало!
Но с самого начала я уже
Предвидела измену.

Антоний

Клеопатра...

Клеопатра

Как верить я могла — хотя бы ты
Божбою сотрясал престолы неба?
Ведь Фульвию ты предал. Как могла
Я доверяться клятвам пустоболта,
Которые, звуча, уже мертвы?
Безумье, бред!

Антоний

Сладчайшая царица!..

Клеопатра

Нет, не подслащивай. Скажи "прощай"
И уходи. Для слов красивых время
Было, когда ты обольщал меня.
Не вел ты речи об отъезде. Вечность
Была в глазах и на губах моих,
В дуге бровей — блаженство. Всю меня
Божественною называл. Такая
И ныне я. Иль, величайший воин,
Ты величайший оказался лжец?

Антоний

Ну что ты...

Клеопатра

Мне бы телеса твои,
Скрестила бы мечи с тобой по-царски.

Антоний

Ты выслушай. Веление времен
К отлучке вынуждает. Но мое
Здесь остается сердце. Охватила
Италию гражданская война,
И Секст Помпей грозит воротам Рима.
Равны соперничающие силы,
Плодя междоусобье. Секст Помпей
Был ненавидимым и осужденным,
Но, силен славой своего отца,
Теперь втирается в любовь народа,
И недовольных множится число,
Опасно подкрепляющих Помпея.
Мирным житьем пресыщена страна,
И требуется ей кровопусканье.
Чтоб вовсе не тревожил мой отъезд,
Еще прибавлю личную причину:
Смерть Фульвии.

Клеопатра

Хотя и по сю пору
Я безрассудная раба любви,
Но я уже не девочка. Не верю.
Неужто умерла?

Антоний

Да, умерла.
Прочти письмо. Описаны в нем свары,
Затеянные Фульвией. В конце
Найдешь благое для тебя известье:
Время и место смерти.

Клеопатра

Где же слезы?
О, лжелюбовь! Он слез не будет лить.
Так и меня готов похоронить.

Антоний

Довольно ссориться. Хочу с тобою
Потолковать о целях. Поступлю,
Как ты решишь. Клянусь огнем светила,
Животворящим нильский жирный ил,
Что поплыву в Италию твоим
Солдатом и слугой, вершить готовым
Войну иль мир, как скажешь.

Клеопатра

Хармиана,
Скорей шнуровку режь. Нечем дышать...
Нет, легче мне уже. Мое здоровье
Непрочно, как Антония любовь.

Антоний

Не надо, милая. Надежен я
И выдержу достойно испытанье.

Клеопатра

Да. Предо мною Фульвии пример.
Ты отвернись, поплачь о ней. Потом,
Прощаясь, скажешь, дескать, эти слезы
Исторгнуты разлукою со мной.
Сыграй разлуки сцену — да половче,
Поискренней.

Антоний

Рассердишь. Перестань.

Клеопатра

Неплохо. Но ведь можешь и получше.

Антоний

Клянусь мечом...

Клеопатра

И поклянись щитом.
Хорош. Еще, однако, не вершина
Актерства. Хармиана, погляди,
Как геркулесу римскому к лицу
Гневиться наподобие Геракла.

Антоний

Я, с позволенья твоего, уйду.

Клеопатра

Учтивый господин, одно словечко.
Должны расстаться мы... Нет, не о том.
Была любовь меж нами... Нет, не это;
Ты это знаешь сам. О чем же я?..
Ах, память, как Антоний, неверна.
Я все забыла, я сама забыта.

Антоний

Сказал бы я: ты взбалмошность сама,
Но и над взбалмошностью ты владычишь.

Клеопатра

Над нею мне владычить нелегко.
Она мне давит сердце. Извини уж.
Моя порывистость меня мертвит,
Когда в тебе не видит одобренья.
Будь глух к моей любови. Поезжай,
Раз честь повелевает отправляться.
Да встанут силы неба за тебя
И увенчают меч победным лавром!
Да будет твой к успеху гладок путь!

Антоний

Такое у разлуки нашей свойство:
Ты, оставаясь, поплывешь со мной,
А я, уплывший, остаюсь с тобой.
Идем же!

Уходят.

Сцена 4

Рим. Дом Цезаря. Входят Октавий Цезарь (читающий письмо), Лепид и свита.

Цезарь

Прочтешь, Лепид, вот это — и поймешь,
Что не в природной ненависти дело
К Антонию. Ее во мне и нет.
Но из Александрии пишут нам:
Великий наш совластник удит рыбу,
Пьет и в разгуле прожигает ночи;
Обабился он, Клеопатре в тон,
И омужланилась она бесстыдно.
Посланцев наших принял с неохотой,
О нас как будто вовсе позабыв.
Все свойственные людям недостатки
Сгустились в нем.

Лепид

Но, Цезарь, в нем избыток
И доброго. Вот потому-то в нем
Пороки так разительно видны,
Как звезды, оттеняемые ночью.
Они ему достались по наследству.
Наследства он не властен изменить.

Цезарь

Ты слишком снисходителен. Выходит,
Что триумвиру допустимо лечь
В постель супружескую Птолемея,
И царствами за шутку награждать,
И пьянствовать с рабом запанибрата,
И во хмелю шататься среди дня
По улицам, и плюхи получать
От простолюдья, пахнущего потом.
Что ж, ладно (хоть способно запятнать
Все это навсегда). Но как смириться
С тем, что Антониево легконравье
Ложится страшной тяжестью на нас?
Пускай бы заполнял свои досуги
Развратом, — воздаяньем за разврат
Явились бы блевота и сухота.
Но дорогое время губит он,
Трубно зовущее к великой схватке,
И требуется отчитать его,
Словно юнца, погрязшего в утехах
И отвергающего здравый смысл.

Входит гонец.

Лепид

Еще с вестями человек.

Гонец

Согласно
Владычному приказу твоему,
Ты будешь ежечасно получать
Известия. Помпей на море силен,
И, видимо, он многими любим,
Покорствовавшими тебе из страха.
Теперь они стекаются к нему —
Мол, нами он неправедно обижен.

Цезарь

Того и следовало ожидать.
Издревле тот любим, кто не у власти;
Достиг ее — и кончилась любовь;
А потерял правленье — вновь желанен,
Хоть недостоин властвовать уже.
Простой народ на водоросль похож,
Которая, туда-сюда колеблясь,
В лакеях у приливов и отливов
Мотается, докуда не сгниет.

Входит второй гонец.

Второй гонец

О благороднейший! Знай, что на море
Господствуют помпеевы пираты
Известные, Менас и Менекрат.
Суда их водную кромсают гладь
И многие набеги совершают,
В страх повергая наши берега
И молодежь горячую бунтуя.
Из италийских портов корабли
Не смеют выходить, чтоб не достаться
В добычу тут же. И Помпея имя
Гремит, нам больший нанося урон,
Чем нанесло б открытое сраженье.

Цезарь

Антоний, брось блудить и пировать!
Когда ты побежден был под Моденой
(А в том бою двух консулов убил),
То голод отступавшего тебя
Теснил и мучил. Ты не поддавался —
Хоть в роскоши воспитанный, терпел
Такое, что и дикари не стерпят.
Пил конскую мочу и воду луж,
Подернутую радужною гнилью,
Которую и зверь не стал бы пить.
Ты не гнушался ягодой кислейшей
С грязнейшего куста. И, как олень,
Когда зимою снег покроет пажить,
Питался ты древесною корой.
А в Альпах ел диковинную живность,
Чей вид у некоторых вызывал
Смертную рвоту. Все ты по-солдатски
Переносил — даже с лица не спал.
Тебя, теперешнего сластолюбца,
Стыдно с тогдашним воином сравнить.

Лепид

Его мне жаль.

Цезарь

Пусть стыд его пригонит
Немедля в Рим. Бездействие крепит
Помпея. С ним пора уж нам сразиться.
Созвать потребно воинский совет.

Лепид

Я завтра буду знать, какие силы
На суше, на море могу собрать.

Цезарь

Я этим же займусь. До завтра, значит.

Лепид

До завтра. Если новые событья
Тем временем случатся, я прошу
Меня уведомить.

Цезарь

Не сомневайся.

Уходят.

Сцена 5

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Клеопатра, Хармиана, Ира и Мардиан.

Клеопатра

Хармиана!

Хармиана

Да, царица?

Клеопатра

(зевает)
А-а...
Дай мандрагоры выпить.

Хармиана

А зачем?

Клеопатра

Всё долгое безвременье разлуки
Чтобы проспать.

Хармиана

Антоньем чересчур
Заполнила ты мысли.

Клеопатра

Замолчи,
Изменница!

Хармиана

Да где же тут измена?

Клеопатра

Ты, Мардиан!

Мардиан

Что госпоже угодно?

Клеопатра

Нет, не угодно мне, чтоб ты запел.
Мне, евнухи, ничем вы не угодны.
Ты холощеный. Хорошо тебе.
Мечтой не надо рваться из Египта.
Скажи, в тебе желанья вовсе нет?

Мардиан

Есть, государыня.

Клеопатра

На самом деле?

Мардиан

На деле я, конечно, не могу
Такого ничего, что непристойно.
Но бешено мечтаю я о том,
Чем занималися Венера с Марсом.

Клеопатра

О Хармиана! Где-то он теперь,
Антоний мой? Стоит? Сидит? Шагает?
Иль едет на коне? Счастливый конь,
Героя тяжесть на себе носящий!
Служи достойно, конь! Ведь носишь ты
Всемирную опору и защиту,
Богатыря! Он вспоминает ли,
Он шепчет ли: "Где нильская моя
Змеюка?"Так меня он называет.
Сладчайшим ядом памяти питаюсь
Теперь сама. О, помни обо мне!
Черна я от щипков любовных солнца,
И время надарило мне морщин.
Еще когда был жив лобастый Цезарь,
Слыла я царски лакомым куском.
И Гней Помпей, не в силах оторваться,
Весь умирал, любуясь на меня,
На животворную.

Входит Алексас.

Алексас

Приветствую монархиню Египта!

Клеопатра

Как на Антония ты непохож!
Но от него ты едешь, с ним видался —
И словно позолочен колдовским
Антониевым эликсиром жизни.
Ну, что он, мой отважный Марк Антоний?

Алексас

Жемчужину светлейшую вот эту
Мне дал, ее целуя много раз.
Слова его в моем хранятся сердце.

Клеопатра

Мой жадный слух оттуда вырвет их.

Алексас

"Великой египтянке передай,
Что верный римлянин к подножью трона
Кладет сей бедный дар, чтобы умножить
Его десятком покоренных царств.
Скажи, что весь Восток уже невдолге
Ее владычицею назовет".
Кивнув, он поднялся в седло спокойно,
И гордый конь пронзительно заржал
И заглушил мои слова прощанья.

Клеопатра

А хмур иль весел был?

Алексас

Ни хмур, ни весел.
Невозмутим, как ясная пора
Меж холодом и зноем.

Клеопатра

Золотая
Средина! Хармиана, примечай —
Вот это человек! Он не был грустен,
Чтоб окружающих не омрачать,
Живущих его блеском светозарным.
И не был весел, как бы говоря,
Что радости оставлены в Египте.
Божественный! Печалься, веселись —
Тебе и удаль, и печаль пристали,
Как никому другому. — На пути
Моих гонцов встречал ты?

Алексас

Да, царица.
Десятка два посланцев. Для чего
Так густо шлешь их?

Клеопатра

В нищете умрет,
Кто родился в злосчастный день, когда я
Забуду нарочного отослать.
Бумагу и чернила, Хармиана!
Алексас, ты обрадовал меня.
Любила ли я Цезаря так сильно?
А, Хармиана?

Хармиана

Дивный Юлий Цезарь!

Клеопатра

Да подавись своею похвалой!
Антоний — вот кто дивен!

Хармиана

Храбрый Цезарь!

Клеопатра

Клянусь, я зубы вышибу тебе,
Если посмеешь Цезаря опять
Сравнить с моим Антоньем несравненным.

Хармиана

Прости, царица! Подпеваю лишь
Я песне твоей прежней.

Клеопатра

Э, тогда я
Зеленым несмышлёнышем была,
И страстью кровь еще не разогрета
Была в те травоядные деньки.
Идем же, дашь перо мне и бумагу.
День каждый будем слать ему привет,
Пока не обезлюдим весь Египет.

Уходят.

АКТ II

Сцена 1

Мессина. Дом Помпея. В боевом вооружении входят Помпей, Менекрат и Менас.

Помпей

Раз боги справедливы, значит, встать
Должны за тех, чье дело справедливо.

Менекрат

Знай, Секст Помпей, что боги могут медлить,
Но промедленье — это не отказ.

Помпей

Пока о помощи мы молим их,
Все дело гибнет.

Менекрат

Зачастую молим
О том, что нам во вред. Тогда отказ
Бывает лишь на пользу. Боги мудры.

Помпей

Мы победим. Народом я любим.
Я властвую над морем. Наши силы
Растут, как полумесяц молодой,
И, чувствую, достигнут полнолунья.
Антоний плотоядствует в Египте,
Знать хочет лишь амурную войну,
А Цезарь всех налогами гнетет,
Сердца народа этим отвращая.
Лепид пред ними расточает лесть,
А те — пред ним. Но их не любит он,
Они же оба в грош его не ставят.

Менас

И Цезарь, и Лепид готовы к бою,
Выводят в поле мощные войска.

Помпей

Ложь. Кто сказал вам?

Менас

Сильвий.

Помпей

Бредит Сильвий.
Они, я знаю, в Риме. Оба ждут
Антония. Блудница Клеопатра!
Пусть омягчит любовная волшба
Твои уж увядающие губы!
Пусть похоть, колдовство и красота,
Соединясь, прелюбодея держат
В плену постели и в чаду пиров.
Пусть повара умело разжигают
Неутолимый аппетит, пока
Не отупеет вовсе чувство чести
От блуда и жранья.

Входит Варрий.

Помпей

Что скажешь, Варрий?

Варрий

Я достоверно знаю: в Риме ждут
Антония с минуты на минуту.
Отплыл он из Египта — и пора уж
Ему прибыть.

Помпей

Нерадостная весть.
Не думал я, что этот сладострастник
Наденет шлем. Как полководец он
Вдвое значительнее вместе взятых
Лепида с Цезарем... А ведь должны
Гордиться мы, заставив блудодея
Неутомимейшего оторваться
От лона Птолемеевой вдовы.

Менас

Нет, с Цезарем Антоний не поладит,
Как не поладила его жена
Покойная, как не поладил брат,
Хоть и не подстрекал его Антоний.

Помпей

Но, Менас, в грозный час большой вражды
Об остальных раздорах забывают.
Когда б у них не общий враг, — не мы, —
Они передрались бы меж собою.
Но их сплотит, возможно, страх пред нами
И превозможет мелочизну свар.
Будь воля неба. Все приложим силы,
Себя отстаивая от могилы.
Идемте.

Уходят.

Сцена 2

Рим. Дом Лепида. Входят Энобарб и Лепид.

Лепид

Друг Энобарб, достойно ты поступишь,
Если Антония побудишь к мягким
И вежливым речам.

Энобарб

Пусть говорит,
Как надлежит Антонию. А Цезарь
Его не задирай, — ответит он,
Как бог войны, надменно и громово.
Будь я Антоний, нынче б и не брился —
За бороду подергай-ка меня,
Посмей-ка лишь.

Лепид

Да, но сейчас не время
Для ссор.

Энобарб

Что временем порождено,
Тому и время, значит, наступило.

Лепид

Дает дорогу малое большому.

Энобарб

Нет, если прежде малому черед.

Лепид

Горяч ты, друг. Прошу, не вороши
Ты углей тлеющих. — Вот и Антоний
Достойнейший.

Входят Антоний и Вентидий.

Энобарб

Идет сюда и Цезарь.

Входят Цезарь, Меценат и Агриппа.

Антоний

Вентидий, слушай. Как уладим здесь,
Пойдем на Парфию.

Цезарь

Нет, Меценат,
Не знаю. Но Агриппа тебе скажет.

Лепид

Достойные друзья! Нас единит
Великая причина, и нельзя,
Чтобы нас мелочи разъединили.
Спокойно разногласья разрешим.
Шуметь и враждовать по пустякам
Значит залечивать себя до смерти,
С ничтожной ранкой яростно возясь.
Поэтому отбросим раздраженье,
Как можно мягче будем.

Антоний

Одобряю.
(Приветствуя Цезаря.)
И рад обнять, как обнял бы тебя,
Даже решая спор сраженьем армий.

Звучат трубы.

Цезарь

Добро пожаловать.

Антоний

Благодарю.

Цезарь

Садись.

Антоний

Нет, ты садись.

Цезарь

Изволь.

Садятся.

Антоний

Я слышал,
В обиде ты. Тут недоразуменье.
Тебя не может это задевать,
Во всяком случае.

Цезарь

Смешон я был бы,
Когда бы попусту почел себя
Обиженным, тем более тобою,
Кого бы ни за что не стал корить
Безосновательно.

Антоний

Чем же задеть
Могло мое в Египте пребыванье?

Цезарь

Само бы по себе могло не больше,
Чем пребыванье в Риме здесь мое.
Но раз против меня злоумышляют,
То это уж касается меня.

Антоний

Злоумышляют? Как это?

Цезарь

Припомни,
Что было здесь. Твои жена и брат
Войною на меня пошли. Причиной
Был ты — и был их кличем боевым.

Антоний

Ты ошибаешься. Мой брат ни разу
Меня не впутывал. Я выяснял
И достоверно знаю от твоих же
Сторонников. Мое ведь положенье
Он подрывал не меньше, чем твое,
Бунтуя против нашей общей власти.
О том и в письмах я тебе писал.
Уж если хочешь ссору ты состряпать,
Причину порезонней отыщи.

Цезарь

Ты хочешь на меня переложить
Винy, состряпывая отговорки.

Антоний

О нет, о нет. Ты знаешь, знаешь сам,
Что я, соратник твой, не мог нисколько
Сочувствовать опасным бунтарям.
Что ж до покойницы — не дай судьба
Тебе столкнуться с норовом подобным.
Ты правишь третью мира без труда,
Но этакой женой не смог бы править.

Энобарб

Всем бы нам таких жен, — не надо бы и на другие войны отправляться!

Антоний

Ее не удержать было в узде.
В соединенье с хитроумьем, норов
Творил лихие склоки, доставлял
Тебе хлопот немало, — признаю
И опечален. Но не станешь спорить —
Я тут не мог поделать ничего.

Цезарь

Писал тебе я, но среди гульбы
Александрийской ты, не прочитавши,
Письмо в карман отправил — и гонца
С насмешкою прогнал.

Антоний

Ко мне ворвался
Без позволенья он. А трех царей
Почтивши пиром, был тогда хмелён я.
Назавтра объяснил ему я все.
То было равнозначно извиненью.
Так что для ссоры здесь причины нет.

Цезарь

Ты клятвенный нарушил уговор,
В чем упрекнуть меня вовек не сможешь.

Лепид

Спокойнее!

Антоний

Да нет, пусть говорит.
Ведь о священном речь идет согласье,
Какое будто бы я преступил.
Так в чем же нарушенье?

Цезарь

Обязался
Ты в случае нужды мне слать войска —
И отказал и в людях, и в оружье.

Антоний

Не отказал, а позабыл послать —
И честно каюсь в меру той оплошки,
Допущенной в хмельной, угарный час.
Надеюсь, честность не вредит величью,
Не убавляет мощи боевой.
Не отрицаю, Фульвия войну
Затеяла, чтоб вырвать из Египта
Меня. И, как невольный совиновник,
Прошу прощения, насколько то
Совместно с честью.

Лепид

Благородный шаг!

Меценат

Прошу вас, обоюдные обиды
Сейчас забудьте. Грозная нужда
Сплоченья требует.

Лепид

Так, Меценат!
Достойные слова.

Энобарб

Вы займите любви друг у друга, а когда с Помпеем будет кончено, сможете вернуть обратно. Грызитесь себе на досуге тогда.

Антоний

Молчи. Хорош ты только как солдат.

Энобарб

Я и забыл, что правду говорить нельзя.

Антоний

Забыл ты, где находишься. Молчи.

Энобарб

Ладно, ладно, буду рассудительно и каменно молчать.

Цезарь

Хоть неучтив, он говорит разумно.
Да, мы не сможем дружбу сохранить,
Настолько наши разнятся натуры.
Но знать бы мне, где обручи найти,
Какие б нас скрепили воедино,
Я бы пошел за ними на край света.

Агриппа

Позволь сказать мне слово.

Цезарь

Говори,
Агриппа.

Агриппа

Цезарь, у тебя сестра есть —
Октавия. А доблестный Антоний
Теперь вдовец.

Цезарь

Ну что ты говоришь!
Услышь тебя царица Клеопатра,
Ты поделом бы взбучку получил.

Антоний

Жены я не имею. Пусть Агриппа
Договорит.

Агриппа

Чтобы всегда цвела
Меж вами дружба, чтоб сердца связать
Узлом крепчайшим, братьями вас сделать,
Пусть женится Антоний на сестре
Твоей Октавии, чья красота
Достойна мужа, лучшего из смертных,
А качества души и добродетель
Нельзя сыскать ни у кого другой.
Брак этот снимет тяжесть подозрений.
Былые дрязги прекратят пугать,
Худая правда превратится в небыль.
Ее любовь обоих сблизит вас,
И все полюбят вас за нею следом.
Прошу простить меня. Я говорю
Обдуманно и по веленью долга.

Антоний

Что скажет Цезарь?

Цезарь

Прежде надо знать,
Антоний как отнесся к предложенью.

Антоний

Если скажу: "Агриппа, я готов", —
Какие полномочья у Агриппы?

Цезарь

За ним вся сила Цезаря и власть,
Которую имею над сестрою.

Антоний

Не мне препоны замыслу чинить
Такому радужному. Дай мне руку!
Скрепим благое дело. Пусть отныне
Царит меж нами братская любовь,
Великие стремленья направляя.

Цезарь

Антоний, вот тебе моя рука.
Дарю сестру, любимее которой
У братьев не бывало никогда.
Пусть наши единит она сердца
И нашу власть над землями, чтоб больше
Не возникала между нами рознь.

Лепид

Аминь, аминь, скажу я. В добрый час!

Антоний

Не думал я вести войну с Помпеем,
Поскольку он недавно оказал
Мне ряд услуг весьма немаловажных.
За них сперва я поблагодарю,
Чтобы меня Помпей не счел невежей,
И вслед за этим — на Помпея в бой.

Лепид

Время не терпит. Если на Помпея
Не двинемся, он двинется на нас.

Антоний

Где его лагерь?

Цезарь

У Мизен, у порта.

Антоний

А велики ли силы у него?

Цезарь

На суше велики — и возрастают.
Над морем же он полный властелин.

Антоний

Да, я слыхал. Жаль, не было с тобой
Согласья раньше. Поспешим к оружью.
Но прежде кончим наше сватовство.

Цезарь

С охотою. Немедленно веду
Тебя к сестре — знакомить.

Антоний

За компанью
Иди и ты, Лепид.

Лепид

Антоний славный,
Иду. Пошел бы даже и больной.

Трубы. Уходят все, кроме Энобарба, Агриппы и Мецената.

Меценат

С приездом из Египта!

Энобарб

Достойный Меценат, наперсник Цезарев! Достопочтенный мой Агриппа!

Агриппа

Добрейший Энобарб!

Меценат

Нам надо радоваться, что все так хорошо уладилось. А вы в Египте славно отличились.

Энобарб

Да уж, — дни продрыхивали, ночи прожигали.

Меценат

Правда ли, что восемь жареных кабаньих туш подавалось к завтраку — на двенадцать всего-то персон?

Энобарб

Это что, мелочишка. Бывало на пирах куда пограндиозней да попримечательней.

Меценат

А Клеопатра — дама победительная, ежели молва не лжет.

Энобарб

Когда приплыла по реке Кидну на первую встречу к Антонию, тут же оприходовала его сердце.

Агриппа

Да, там она предстала во всем блеске, если мне писавший не приукрасил рассказа.

Энобарб

Я опишу вам сейчас.
Ее ладья, как драгоценный трон,
Горела на воде. Корма блистала
Кованым златом. Пурпур парусов
Такими ароматами дышал,
Что ветер от любовного томленья
Пьянел. Покорные звучанью флейт,
Серебряные весла били воду,
И льнула к ним влюбленная река.
И все превосходила описанья
Царица Клеопатра. Возлежа
Под балдахином вито-златотканным,
Была прельстительнее, чем Венера,
Изображенная на полотне,
Где кисть сильней природы… По бокам
Стояли купидоны-мальчуганы
С улыбкой, с ямочками на щеках,
Цветистые колебля опахала,
Но не остуживая нежный пыл
Ее лица, а лишь разгорячая.

Агриппа

Ну, где ж Антонью было устоять!

Энобарб

Ее служанки, в одеяньях нимф,
Картинно изгибались перед нею.
Одна из них, из этих нимф морских,
Стояла, правя, у руля. Другие
Ловко перебирали шелк снастей
Шелковыми, как лепестки, перстами,
И с гордостью вздувались паруса,
Невидимым и странным благовоньем
Ошеломляя берега реки.
Все населенье города туда
Глядеть сбежалось, и один Антоний
Покинуто на площади сидел —
Сидел, посвистывая, в тронном кресле,
И только воздух окружал его,
И воздух тоже б ринулся глазеть,
Когда б терпела пустоту природа.

Агриппа

Сильна царица!

Энобарб

Приплыла едва,
Антоний наш послал ей приглашенье
Отужинать. Ответила, пусть он
Пожалует к ней в гости. Наш учтивец.
Женщине в жизни не сказавший "нет",
Прихорошась, семижды прицырюлясь,
Пошел на пир и сердцем заплатил
За кушанья — верней, за погляденье.

Агриппа

Царь-баба! Сам великий Юлий Цезарь
Не устоял пред чарами ее
И, в пахаря на ложе обратившись,
Вспахал ее — и урожай дала.

Энобарб

При мне она, по улице однажды
Шагов этак полсотни пробежав
И запыхавшися, заговорила —
И голоса прерывистость в другой
Была б изъяном, в ней же показалась
Мне совершенством. Задыхаясь, вся
Дышала силой.

Меценат

Уж ее теперь-то
Антоний бросит.

Энобарб

Ни за что не бросит.
Ни возрасту не иссушить ее,
Ни вычерпать привычке не дано
Ее бездонного разнообразья.
Другие женщины приесться могут,
Но насыщает чем она сильней,
Тем делает несытей. Грязь любая
Прелестна в ней. Распущенность ее
Жрецы святые восхвалить готовы.

Меценат

Но если мудрость, красота и скромность
В силах Антония остепенить,
То для него Октавия теперь
Благословенный дар судьбы.

Агриппа

Идемте.
Будь моим гостем, добрый Энобарб,
Пока ты здесь.

Энобарб

Нижайше благодарен.

Уходят.

Сцена 3

Рим. Дом Цезаря. Входят Антоний, Цезарь и Октавия (между ними).

Антоний

Порою даль земель, забота власти
Меня с тобою будут разлучать.

Октавия

Тогда коленопреклоненно буду
Молиться за тебя.

Антоний

(Цезарю.)
Спокойной ночи.
Моя Октавия, не верь молве.
Хоть раньше прегрешал, отныне буду
Не выходить из правил. Дорогая,
Спокойной ночи.

Октавия

Спокойной ночи.

Цезарь

Спокойной ночи.

Цезарь и Октавия уходят.

Входит предсказатель.

Антоний

Что, милый мой? Скучаешь по Египту?

Предсказатель

Лучше б оттуда и не уезжать —
Ни мне и ни тебе.

Антоний

А почему?

Предсказатель

Я чувствую нутром, но затрудняюсь
Словами выразить. Одно скажу:
Немедленно в Египет возвращайся.

Антоний

А выше кто подымется судьбой —
Я или Цезарь?

Предсказатель

Цезарь. Потому-то
Держись подалей. Твой хранитель-дух
Смел, благороден, равного не знает.
Но рядом с духом Цезаревым он
Робеет и сникает. В отдаленье
Поэтому от Цезаря держись.

Антоний

Молчи об этом.

Предсказатель

Только лишь тебе я,
А больше никому и никогда.
В любой игре тебя он победит
Одним везеньем, против ожиданий.
Твой блеск тускнеет при его звезде.
Опять скажу я: твой хранитель-демон
Робеет рядом с ним. Но в удаленье
Вновь благороден.

Антоний

Ладно. Уходи.
Покличь Вентидия ко мне сюда.

Предсказатель уходит.

Антоний

Он на парфян отправится с войсками.
По тайноведенью иль по догадке,
Но предсказатель правду мне сказал.
Играю лучше — побеждает Цезарь.
Бросаем жребий — верх всегда его.
Во всем ему везение: в костях
И в петушином и перепелином
Боях, хоть выставляю я бойцов
Куда сильнее. Нет, пора в Египет.
Женюсь я, чтобы мир установить,
Но вся моя услада — на Востоке. —
Скорей сюда, Вентидий!

Входит Вентидий.

Антоний

На парфян
Я шлю тебя. Пойдем, приказ написан.
Вручу его тебе.

Уходят.

Сцена 4

Рим. Улица. Входят Лепид, Меценат и Агриппа.

Лепид

Благодарю, не провожайте дальше.
За полководцами своими вслед
Поторопитесь.

Агриппа

Только лишь простится
С женой Антоний — и в поход.

Лепид

Я рад
Увидеть буду в воинских доспехах
Обоих вас. Доспехи вам к лицу.
А до тех пор прощайте.

Меценат

Надо думать,
Мы подойдем к Мизенам прежде вас.

Лепид

Ваш путь короче. Мне — дорогой кружной.
Вы будете там раньше на два дня.

Меценат и Агриппа

Успеха пожелаем.

Лепид

До свиданья.

Уходят.

Сцена 5

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Клеопатра, Хармиана, Ира и Алексас.

Клеопатра

Музыку дайте, грустную усладу
Для нас, чье назначение — любовь.

Все

Эй, музыка, играй!

Входит евнух Мардиан.

Клеопатра

Но нет, не надо.
Сыграем на бильярде. Хармиана,
Пойдем.

Хармиана

Рука болит. Пусть Мардиан
Сыграет.

Клеопатра

Да, пожалуй, все равно,
Что с женщиной, что с евнухом бесшарым
Катать шары. Согласен поиграть?

Мардиан

Насколько в силах, приложу старанья.

Клеопатра

Ну, раз актер старается, достоин
Он снисхожденья, хоть силенки нет.
Но не хочу. Где удочка моя?
Пойдем к реке. Пусть музыка поодаль
Играет. Рыжепёрых рыб пойду
Обманывать, пронизывать крючком
Их скользкую губу, воображая,
Что это сам Антоний на крючке,
И приговаривать: "Ага! Попался".

Хармиана

Я помню, вы поспорили, кто больше
Поймает, — и ему ныряльщик твой
Копченую селедку на крючок
Надел. Антоний — дерг! Вот смеху было!

Клеопатра

Да, было время! Смехом довела
Его до злости, а в теченье ночи,
Смеясь, утихомирила его.
А утром, перепив его, опять
В постельку пьяного. Потом, одевши
Его в мой женский царственный наряд,
Сама Антоньевым вооружилась
Мечом победоносным...

Входит гонец.

Клеопатра

О, из Рима
Известия! Скорей насыть мой слух
Изголодавшийся!

Гонец

Прости меня...

Клеопатра

Антоний умер? Этими словами
Убьешь меня, подлец. Но если жив он,
Если не пленник и не утеснен,
Дам золота и дам поцеловать
Руки державной жилки голубые, —
Их целовали, трепеща, цари.

Гонец

Не утеснен Антоний...

Клеопатра

Получай.
(Дает золото.)
Но так ведь об умершем говорят —
Мол, миновал земные утесненья.
Ты если в этом смысле, растоплю
Все это золото и злую глотку
Твою залью.

Гонец

Дослушай же, царица.

Клеопатра

Я слушаю. Но вижу по лицу,
Что доброго не скажешь. А с худым
Ты не как люди должен был явиться,
А змеевласой фурией влететь.

Гонец

Но выслушай же.

Клеопатра

Чешется рука
Тебя ударить. Но здоров он если,
И в дружбе с Цезарем, и на свободе,
То золотом и жемчугом тебя
Всего осыплю, как дождем и градом.

Гонец

Царица, он здоров.

Клеопатра

Здоров? Чудесно.

Гонец

И в дружбе с Цезарем.

Клеопатра

Правдивец ты.

Гонец

Их дружба крепче прежнего гораздо.

Клеопатра

За это я тебя обогащу.

Гонец

И все ж...

Клеопатра

Зачем зловещее "и все ж"?
Оно мне радость от известья гасит
И, как тюремщик, за собой ведет
Какого-то свирепого злодея.
Не мямли, весь выкладывай товар,
Всё — и благое, и худое — вместе:
Антоний в дружбе с Цезарем, здоров,
И ты сказал еще, что он свободен.

Гонец

Я этого, царица, не сказал.
Его с Октавией связали узы.

Клеопатра

Какие узы?

Гонец

Брачная постель.

Клеопатра

Мне дурно, Хармиана.

Гонец

Он женился.

Клеопатра

Чума тебя, мерзавца, порази!

Ударом сбивает его с ног.

Гонец

Царица, не гневись.

Клеопатра

(нанося удар)
Что ты лепечешь?
Поганец, вон! Иль выдавлю глаза
И волосы твои повырываю,
(таскает за волосы)
И, прутьями железными избит,
Ты будешь долго издыхать в рассоле.

Гонец

Царица, смилуйся. Я лишь гонец,
Я не виновник бракосочетанья.

Клеопатра

Скажи, что это ложь, — озолочу
И губернатором тебя назначу.
До ярости довел — и бит за то,
И квиты. И вдобавок — все, о чем лишь
Убогости мечтается твоей.

Гонец

Царица, он женат.

Клеопатра

Ну, негодяй,
Сейчас умрешь.

Выхватывает кинжал.

Гонец

За что? Я невиновен.
Нет, надо убегать.

Убегает.

Хармиана

Прошу, сдержись.
Он же безвинен.

Клеопатра

А дурак не суйся
Под молнию. Египет, рухни в Нил!
Голуби, в аспидов оборотитесь!..
Позвать раба обратно! Я гневна,
Но я не укушу его. Зови же!

Хармиана

Войти боится.

Клеопатра

Я его не трону.
Марать не стану руки об него.
Ведь я сама, сама все натворила.

Гонец возвращается.

Клеопатра

Сюда, милейший! Честность хороша,
Но приносить дурные вести плохо.
О вести радостной труби в сто труб,
Но пусть беда свершается безмолвно.

Гонец

Я выполнял свой долг.

Клеопатра

Женился он?
Ответишь "да" — и станешь ненавистен.
Но ты и так уж ненавистен мне.

Гонец

Да, он женился.

Клеопатра

Разрази тебя
Гром божий! Ты чего, осел, уперся?

Гонец

Велишь мне лгать?

Клеопатра

О, лучше бы солгал.
Пусть лучше пол-Египта б затонуло,
В змеиные озера обратясь.
Прочь от меня! Будь ты хоть раскрасавец,
Ты стал бы мерзок мне. Женился он?

Гонец

Царица, смилостивься!

Клеопатра

Он женился?

Гонец

Не оскорбляйся тем, что не хочу
Я ложью оскорбить тебя, царица.
Сама же принуждаешь отвечать.
Так справедливо ли карать за это?..
Антоний на Октавии женат.

Клеопатра

О, лучше бы Антоньева неверность
Тебя в лгунишку обратила. Вон!
Товар, тобой из Рима привезенный,
Чрезмерно дорог. Забирай назад
Некупленным — и провались с ним вместе!

Гонец уходит.

Хармиана

Сдержи себя, великая царица.

Клеопатра

Я Цезаря унизила, хваля
Антония.

Хармиана

Да и не раз так было.

Клеопатра

Вот и расплата. Уведи меня.
В глазах темнеет. Ира!.. Хармиана!..
Прошло... Алексас, за холопом вслед
Беги. Пусть об Октавии расскажет:
Года, наружность, нрав ее каков,
И непременно цвет волос, — и мигом
Ко мне вернись.

Алексас уходит.

Клеопатра

С ним навсегда расстанусь...
Нет, не хочу... Антоний — как портрет
С двойным изображеньем. Поглядишь —
Он злое чудище. Иначе глянешь —
Он божество.

Мардиану.

Клеопатра

К Алексасу скорей.
Узнает пусть, какого она роста.
О Хармиана, пожалей меня,
Но помолчи. Веди в мои покои.

Уходят.

Сцена 6

Близ Мизенского мыса. Входят во главе войск, под звуки труб и барабаны, с одной стороны Помпей и Менас, а с другой — Цезарь, Антоний, Лепид, Энобарб, Меценат и Агриппа.

Помпей

Заложников вы дали мне. Я — вам.
Теперь поговорим перед сраженьем.

Цезарь

Переговоры нам не повредят,
И предложенья письменные наши
Для этого и посланы тебе.
Если они рассмотрены, скажи нам,
Вернешь ли в ножны свой мятежный меч
И удалая молодежь вернется ль
В Сицилию, а не погибнет здесь.

Помпей

Отвечу вам — верховным триумвирам
И волеисполнителям богов.
Был Юлий Цезарь вами отомщен.
Так за отца не мстить мне почему же?
Что побудило Кассия и прочих
Поборников свободы, в том числе
Честнейшего, достойнейшего Брута, —
Что побудило их вооружиться
И Капитолий кровию залить?
Одно стремление — чтобы никто
Над нами не вознесся новым богом.
Вот потому же создал я свой флот,
Под чьею тяжестью ярится море,
И этим флотом покарать хочу
Неблагодарный Рим, отца предавший.

Цезарь

Не горячись.

Антоний

Не запугаешь нас
Ты этим флотом. Мы, Помпей, готовы
Померяться с тобою на воде.
А сухопутным войском, знаешь сам,
Насколько мы богаче.

Помпей

Да, богаче
Меня ты — захватил отцовский дом.
Что ж, пользуйся, покуда есть возможность.
Кукушка своего ж гнезда не вьет.

Лепид

Не к делу это. Ты изволь сказать,
Согласен ли на то, что предложили.

Цезарь

Вот, вот.

Антоний

И не желанья наши взвесь,
А собственные выгоды.

Цезарь

И риск,
С отказом связанный.

Помпей

Моими будут
Сицилия, Сардиния – при том,
Что я очищу море от пиратов
И в Рим пошлю с пшеницей корабли?
И, согласясь на этом, разойдемся,
Щит не помяв и не зазубрив меч?

Цезарь, Антоний и Лепид

Да, предлагаем это.

Помпей

Что ж, сюда я
Пришел, готов условия принять.
Но Марк Антоний рассердил немного. —
А ведь, когда на Цезаря твой брат
Поднялся, матушке твоей приют
Я дал в Сицилии. Не след хвалиться,
Но это так.

Антоний

Мне ведомо про то,
И я тебе премного благодарен.

Помпей

Дай руку. Я не ожидал с тобою
Здесь встретиться.

Антоний

Мягки пуховики
Восточные. И если бы не ты,
Я задержался б там. Опять спасибо.

Цезарь

А ты переменился с прошлой встречи.

Помпей

Пусть беспощадно на моем лице
Судьба итожит траты и протори,
Но сердца ей не дам поработить.

Лепид

В час добрый встреча.

Помпей

В добрый час, надеюсь.
А соглашенье надо записать,
Скрепив печатями.

Цезарь

Да, без задержки.

Помпей

И, прежде чем расстаться, друг у друга
Мы попируем. Начинать кому,
Определим по жребию.

Антоний

Начну — я.

Помпей

Нет, бросим жребий. Все равно, Антоний,
Египетской затейливостью блюд
Ты нас затмишь. Я слышал, Юлий Цезарь
Отяжелел от тамошних пиров.

Антоний

Ты много слышал.

Помпей

Не хотел обидеть.

Антоний

И не обидел.

Помпей

Слышал и о том,
Как внес Аполлодор...

Энобарб

Мы сами знаем.

Помпей

Что знаете?

Энобарб

Внес к Цезарю царицу
В мешке тюфячном.

Помпей

А-а, узнал тебя.
Как поживаешь, воин?

Энобарб

Хорошо.
И будущее мне сулит к тому же
Четыре пира.

Помпей

Руку дай пожать.
Ты мне всегда приятен был. Я видел
Тебя в бою — ты зависть вызывал
Своим бесстрашием.

Энобарб

А ты мне был
Малоприятен. Но и мне случалось
Тебя хвалить, когда твои дела
Ту похвалу раз в десять превышали.

Помпей

А грубоватость, прямота твоя
Тебе идет. — Сейчас я приглашаю
Всех на мою галеру.

Цезарь, Антоний и Лепид

Что ж, веди.

Помпей

Пойдемте.

Все, кроме Энобарба и Менаса, уходят.

Менас

(в сторону)
Помпей, Помпей... Отец твой никогда б не заключил такого договора. — Мы с тобой уже встречались.

Энобарб

На море, помнится.

Менас

Именно так.

Энобарб

Ты на море дрался неплохо.

Менас

А ты — на суше.

Энобарб

Хвали меня — и похвалю тебя. Но сухопутные мои успехи отрицать нельзя.

Менас

Как и мои морские.

Энобарб

А безопасней тебе было б кое-что и отрицать, — на море ты вдосталь поразбойничал.

Менас

А ты — на суше.

Энобарб

А я отрицать буду. — Однако дай руку, Менас. Если бы глазам нашим дана была власть арестовывать, то они могли бы захватить сейчас в пожатии две разбойные руки.

Менас

Руки пусть разбойничают и воруют, но лица мужские не лгут.

Энобарб

А у красивых женщин лица лживы у всех поголовно.

Менас

А как же. Они ведь лицами своими воруют сердца.

Энобарб

Мы шли сюда воевать с вами.

Менас

Лично я жалею, что война обернулась попойкой. Сегодня Помпей проулыбает свое счастье.

Энобарб

А назад не воротит уже ни улыбкой, ни плачем.

Менас

Что верно, то верно. — Мы не думали увидеть здесь Антония. Правда ли, что он женат на Клеопатре?

Энобарб

Сестру Цезаря зовут Октавией.

Менас

Это так, но она ведь жена была Кая Марцелла.

Энобарб

А теперь жена Марка Антония.

Менас

Ты не шутишь?

Энобарб

Нисколько.

Менас

Тогда Антоний сплочен с Цезарем навек.

Энобарб

Будь я прорицателем, я б этого не предсказал.

Менас

Думаю, тут брак скорее по расчету и политике, чем по любви.

Энобарб

И я так думаю. Но вот увидишь, этот брак, вроде бы скрепляющий Антония с Цезарем, окажется для дружбы их не скрепой, а удавкой, ибо Октавия — натура чистая, спокойная, неговорливая.

Менас

Кто ж не пожелает подобной жены?

Энобарб

Не пожелает тот, кто сам натурой не таков — и не таков Антоний. Он вернется к своему египетскому яству. И тогда вздохи Октавии раздуют огонь гнева в Цезаре, и, как я уже сказал, скрепа их дружбы обернется причиной раздора. Антоний воротится к своей усладе. Женился он только из выгоды.

Менас

Возможно, и так. Милости прошу на борт галеры. Выпьем там за твое здоровье.

Энобарб

От выпивки я не прочь. Мы в Египте пили крепко.

Менас

Пойдем же.

Уходят.

Сцена 7

На борту Помпеевой галеры, близ Мизенского мыса. Музыка. Входят двое или трое слуг с вином, фруктами, сладостями.

Первый слуга

Сейчас придут сюда. Кой-кто уже окосел, а дунь ветерок, и совсем покосится.

Второй слуга

Лепид раскраснелся.

Первый слуга

Он пьет за них за всех.

Второй слуга

Они знай шпыняют друг друга, а он кричит "Довольно!", мирит их — и пьет мировую.

Первый слуга

И пуще лишь разжигает войну между своим желудком и рассудком.

Второй слуга

Вот что значит малому затесаться в общество великих. Богатырское копье бесполезней камышинки, раз оно тебе невподым.

Первый слуга

Быть взброшенным в планетную орбиту и не светить, а тускло в ней болтаться — все равно что уродовать лицо пустыми глазными орбитами.

Трубы. Входят Цезарь, Антоний, Помпей, Лепид, Агриппа, Меценат, Энобарб, Менас и другие военачальники.

Антоний

А вот как: меряют они в разливы,
Насколько Нил поднялся, — по шкале,
Что обозначили на пирамиде, —
И знают, изобилье впереди
Иль недород. Чем половодье выше,
Тем лучше виды. А сойдет вода,
В ил, в тину эту зёрна высевают
И вскоре собирают урожай.

Лепид

Там у вас гады диковинные.

Антоний

Ты прав, Лепид.

Лепид

Из нильской грязи там солнце творит и змей, и крокодилов тоже.

Антоний

Именно так.

Помпей

Садитесь. Эй, вина! Заздравную Лепиду!

Лепид

Я не очень-то здрав. Но меня не перепьешь, я выстою.

Энобарб

Скоро уже ляжешь.

Лепид

Нет, правда, я слыхал, что п-пирамиды П-птолемеевы сильная вещь. Слыхал, не возражайте.

Менас

(тихо Помпею)
Помпей, на два словечка.

Помпей

(тихо Менасу)
Ты шепни
Мне на ухо.

Менас

(тихо)
На миг покинь застолье
И выслушай.

Помпей

(тихо)
Постой.

Помпей

(Громко)
Вина Лепиду!

Лепид

А что за штука этот ваш крокодил?

Антоний

Облика он крокодильего и крокодильей ширины и высоты, и движим собственными органами. Живет за счет пищи, а иссякнут элементы, тут же душа его переселяется.

Лепид

А цвета он какого?

Антоний

И цвета крокодильего.

Лепид

Странная гадина.

Антоний

Так точно. И плачет мокрыми слезами.

Цезарь

И описанья этого ему достаточно?

Антоний

Предостаточно — с Помпеевой заздравной чашей в подкрепление. Он же не безбожник, не эпикуреец, отрицающий переселенье душ.

Помпей

(тихо Менасу)
Ты что, милейший! Убирайся прочь!
Делай как велено. —

Помпей

(Громко)
А чаша где ж?

Менас

(тихо Помпею)
Я заслужил, чтоб выслушал меня ты.
В сторонку отойдем.

Помпей

(тихо Менасу)
Ты ошалел?
В чем дело?

Встает, они отходят в сторону.

Менас

Я всю жизнь тебе служу.

Помпей

Верой и правдой. Дальше что? — Собратья,
Пируйте, веселитесь!

Антоний

Вижу, тонешь
В трясине винной. Берегись, Лепид!

Менас

Желаешь ты быть властелином мира?

Помпей

Что?

Менас

Снова спрашиваю: хочешь стать
Владыкой мира?

Помпей

Мыслимое ль дело?

Менас

Да, мыслимое. Я, хоть не богат,
Могу весь мир тебе дать во владенье.

Помпей

Ты пьян?

Менас

Ни капли нынче я не пил.
Отважься только — станешь бог и царь
Всего, охваченного океаном
И небесами. Только пожелай.

Помпей

Каким же это образом?

Менас

Сейчас
Вот эти трое совладельцев мира
Здесь у тебя. Вели рубить канат —
И, отплывя, три глотки перережем,
И станет все твоим.

Помпей

Эх, Менас, Менас.
Не говорить, а делать бы тебе.
Что расценилось бы во мне как подлость,
То было бы усердием в тебе.
Я ставлю честь мою превыше выгод.
Ты проболтался — на себя пеняй.
Когда б ты молча его совершил,
Я бы потом одобрил твой поступок,
Намеренье же должен осудить.
Махни рукой и пей.

Менас

(в сторону)
А если так,
Твоей фортуне сникшей не слуга я.
Кто не сумел удачу ухватить,
Вовек удачи больше не увидит.

Помпей

За здравие Лепида!

Антоний

Унесите
Его на берег. Пью вместо него.

Энобарб

Твое здоровье, Менас.

Менас

Энобарб,
Будь счастлив.

Помпей

Да полнее наливайте.

Энобарб

(указывая на слугу, уносящего Лепида)
А богатырь служитель этот ваш.

Менас

Ты думаешь?

Энобарб

Ты разве сам не видишь?
Треть мира на себе уносит он.

Менас

Треть мира упилась. А пусть и весь бы
Мир завертелся пьяным колесом.

Энобарб

Пей, Менас, пей — усиливай верченье!

Менас

Лей.

Помпей

Это не александрийский пир,
Конечно.

Антоний

Вон затычки! Наливай!
Уж приближаемся к Александрии!
За здравье Цезаря!

Цезарь

Охотно бы
Я воздержался. Мою мозг винищем,
А он мутнеет лишь. Нелепый труд.

Антоний

Пир требует того.

Цезарь

Что ж, повинуюсь.
Но я, чем столько выхлестать зараз,
Четыре дня бы предпочел поститься.

Энобарб

(Антонию)
Мой повелитель! Не сплясать ли нам
Египетскую ту, в честь бога Вакха?
Ту вакханальную?

Помпей

Давай, солдат.

Антоний

Все за руки берись, кружи, покамест
Вино не победит нас забытьем
Баюкающе-ласковым.

Энобарб

Беритесь —
Вот так, вот так. Эй, музыка, зычней!
Пой, мальчик, а припев мы все подхватим
Во всю грудную клетку.

Музыка. Энобарб ставит всех в круг, соединив им руки.

Песня

Пышнотелый бог вина,
Напои нас допьяна!
Красноглазый! В винном чане
Утопи наши печали,
Гроздьями венчай наш пир, —
Чтобы закружился мир!
Чтобы закружился мир!

Цезарь

Как будто всё. Помпей, спокойной ночи.
Брат, нам пора. Серьезные дела
Нахмуренно глядят на эту резвость.
Нас разрумянило. Идем, друзья.
Вином расслаблен крепкий Энобарб,
И заплетается хмельной язык мой.
Хмель обращает нас почти в шутов.
Довольно слов. Желаю доброй ночи.
Антоний, руку дай мне.

Помпей

А теперь
Доспорим мы на берегу, кто крепче.

Антоний

Доспорим. Руку дай.

Помпей

Эх, завладел
Ты домом моего отца, Антоний.
Но мы друзья ведь. В лодку попрошу.

Энобарб

Не падай.

Все, кроме Энобарба и Менаса, уходят.

Энобарб

Менас, я останусь здесь.

Менас

Да, у меня в каюте. — Громче, трубы!
Свистите, флейты! В барабаны бей!
Пусть слышит бог морей, как расстаемся
С властителями. Музыка, греми!
Хоть лопни, а греми!

Трубы и барабаны.

Энобарб

Виват, ура!

Менас

Ура! Пошли, воитель достославный.

Уходят.

АКТ III

Сцена 1

Равнина в Сирии. Входят триумфальным маршем Вентидий, Силий и другие римские военачальники с войском. Впереди несут тело убитого Пакора.

Вентидий

Вот и настал черед нам победить.
Отмстил я копьемечущим парфянам
За гибель Красса. Уложили мы
Парфянского царевича Пакора.
Несите его тело впереди.

Силий

Пока горяч твой меч от вражьей крови,
О доблестный Вентидий, поспеши
Вослед бегущим. Мидию займи,
Месопотамию — лиши убежищ
Врага разгромленного, чтоб Антоний,
Наш полководец, посадил тебя
На триумфаторскую колесницу
И лаврами победными венчал.

Вентидий

Нет, Силий, совершил я уж довольно.
Сверчок знай свой шесток. Уразумей —
Могу я чересчур напобеждаться
И славу слишком громкую добыть
В отсутствие Антония. Ведь он
И Цезарь побеждать приноровились
Посредством заместителей своих.
Недаром Соссий, слишком прогремев
Победами сирийскими, утратил
Антония, начальника, любовь.
Победами затмить начальство — значит
Над ним начальствовать. Нет, быть в тени
Благоразумнее, чем яркой славой
Свое все будущее омрачить.
Успех я мог бы развивать и дальше,
Но этим оскорбил бы — и свои
Усилья загубил.

Силий

Ты прав, Вентидий.
Между солдатом и его мечом
Различья нет, когда солдат не мыслит.
Ты — голова. Антонию напишешь?

Вентидий

Смиренно полководцу сообщу
О том, что именем его волшебным
Мы победили; осеняли нас
Его знамена и его заботы,
Когда мы гнали конницу парфян,
Не знавшую доселе пораженья.

Силий

А где сейчас Антоний?

Вентидий

Ждут его
В Афинах, и со всею быстротой,
Возможной при обилии трофеев,
Мы двинемся туда. Эй, шире шаг!

Уходят.

Сцена 2

Рим. Передняя в доме Цезаря. Входят с разных сторон Агриппа и Энобарб.

Агриппа

Что, расставание завершено?

Энобарб

Помпей уехал. Остальные трое
Уже кончают здешние дела.
Плачет Октавия, прощаясь с Римом.
Печален Цезарь, и с похмелья мучит
Лепида немочь бледная любви.

Агриппа

О, благороднейший Лепид!

Энобарб

Редчайший!
Как любит Цезаря!

Агриппа

Как обожает
Антония!

Энобарб

Мол, Цезарь меж людей —
Как бог!

Агриппа

Антоний — средь богов Юпитер!

Энобарб

Ах, Цезарь несравнен!

Агриппа

Антоний — феникс!

Энобарб

Кто Цезаря желал бы восхвалить,
Произнеси одно лишь слово "Цезарь".

Агриппа

Вот так обоих хвалит до небес.

Энобарб

Возлюблен Цезарь. Но Антоний — тоже.
Не высказать ни песней, ни стихами
Лепида непостижную любовь
К Антонию. А к Цезарю? — молчи
И лишь дивись коленопреклоненно.

Агриппа

Влюблен в обоих.

Энобарб

Ведь они Лепиду,
Как два крыла навозному жуку.

Трубы за сценой.

Энобарб

Трубят седлать коней. Прощай, Агриппа.

Агриппа

Счастливого тебе пути, солдат.

Входят Цезарь, Антоний, Лепид и Октавия.

Антоний

Не провожай уж дальше.

Цезарь

У меня
Ты отнял полдуши — так береги же
Мое сокровище. А ты, сестра,
Женою будь, какою быть умеешь.
В тебе незыблемо уверен я. —
Она скрепила наш союз, Антоний.
Не обрати же ты ее в таран,
Крушащий крепость нашего единства.
Зачем тогда бы и родниться нам?

Антоний

Сомнением меня не обижай.

Цезарь

Сказал, что думал.

Антоний

Как ни будь дотошен,
Для опасений не найдешь причин.
Простимся же. Храни тебя судьба
И подчини тебе стремленья римлян.

Цезарь

Прощай, сестра. Всех радостей тебе!
Да будут ласковы к тебе стихии.
Прощай! Прощай!

Октавия

Мой благородный брат!

Антоний

Она в слезах, как мир в апрельских ливнях.
Но ведь несут они весну любви.
Так прочь печаль!

Октавия

Вели глядеть за домом
Антоньевым и...

Цезарь

Что, Октавия?

Октавия

Я... на ухо шепну...

Антоний

Она запнулась.
Она — как лебединое перо,
Недвижное на замершей воде
В минуту меж приливом и отливом.

Энобарб

(тихо Агриппе)
Цезарь — заплачет?

Агриппа

(тихо Энобарбу)
Потемнел лицом.

Энобарб

(Агриппе)
А темный лик — и в лошади изъян,
И в человеке.

Агриппа

(Энобарбу)
Да ведь и Антоний
Рыдал, когда убит был Юлий Цезарь.
И над убитым Брутом плакал он.

Энобарб

(Агриппе)
В тот год слезотеченьем он страдал,
И даже над соперником сраженным
Рыдал так горько, что и у меня,
Поверишь ли, из глаз катились слезы.

Цезарь

Нет, дорогая, буду вести слать
Без промедления и перерыва.

Антоний

(Цезарю)
Давай же схватимся: кто крепче в дружбе,
Решим объятьем. А теперь прощай.

Цезарь

Прощай. Будь счастлив.

Лепид

Все огни небес
Пускай тебе дорогу освещают.

Цезарь

Прощай. Прощай, родимая.

Целует Октавию.

Антоний

Прощайте!

Трубы. Все уходят.

Сцена 3

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Клеопатра, Хармиана, Ира и Алексас.

Клеопатра

Гонец где этот?

Алексас

Он войти робеет.

Клеопатра

Ну что за вздор! — Поди, дружок, сюда.

Входит давешний гонец.

Алексас

Великая царица, на тебя
Сам Ирод побоялся б Иудейский
Поднять глаза, когда гневишься ты.

Клеопатра

Пора бы Ироду срубить башку.
Но кто ж мое исполнит повеленье?
Уплыл Антоний. — Ближе подойди.

Гонец

Всемилостивейшая!

Клеопатра

Видел ты
Октавию?

Гонец

Да, грозная царица.

Клеопатра

Где?

Гонец

В Риме. Видел я ее в лицо.
Она шла меж Антонием и братом.

Клеопатра

Ростом она с меня иль ниже?

Гонец

Ниже.

Клеопатра

А голос ее? Звонок или тих?

Гонец

Я слышал ее голос. Голос тихий.

Клеопатра

Нехорошо. Разлюбит он ее.

Хармиана

Да он, конечно, и сейчас не любит.

Клеопатра

Пожалуй. Голос глух, плюгавый рост.
А как походка? Есть в ней величавость?
Ты величавых ведь видал цариц.

Гонец

Она ползет, как будто неживая,
И статуей безжизненной стоит.

Клеопатра

Неужто?

Гонец

Глаз мой опытен, царица.

Хармиана

Его глазастее в Египте нет.

Клеопатра

Он наблюдателен. Ну что ж, как вижу,
Ей нечем чаровать. Да, ты умен.

Хармиана

Востёр на диво.

Клеопатра

Сколько дашь ей лет?

Гонец

Она вдова...

Клеопатра

Ты слышишь, Хармиана?

Гонец

А лет ей тридцать, думаю.

Клеопатра

Лицо
Продолговато или кругло?

Гонец

Кругло,
И даже слишком.

Клеопатра

Круглое лицо
Бывает большей частию у дуры.
Какого цвета волосы ее?

Гонец

Цвета корицы. А уж низколоба
До крайности.

Клеопатра

Вот золото. Бери.
Забудь неласковое обращенье.
Я снова нарочным тебя пошлю.
Гонец отменный ты. Иди, готовься.
Письмо доставишь.

Гонец уходит.

Хармиана

Молодец какой!

Клеопатра

Да, молодец. И очень сожалею,
Что я его терзала. А она,
Выходит, ничего не представляет
Собою.

Хармиана

Ровным счетом ничего.

Клеопатра

Ведь видел, знает этот человек,
Что царственное значит обаянье.

Хармиана

Еще бы! Служит он тебе давно.

Клеопатра

Должна еще вопрос ему задать,
И допишу письмо. Ты, Хармиана,
Пойдешь и приведешь его ко мне.
Тогда и спросим. Все, пожалуй, можно
Еще поправить.

Хармиана

Жизнью поручусь.

Уходят.

Сцена 4

Афины. Комната в доме Антония. Входят Антоний и Октавия.

Антоний

Нет, нет, Октавия, не только это.
Еще бы можно это оправдать.
Но снова он разжег войну с Помпеем
И завещание свое прочел
Народу. Обо мне почти ни слова.
А если уж не скрыть было моих
Заслуг, едва-едва цедил слова,
Неискренно и холодно.

Октавия

Антоний,
Не верь ты слухам и не горячись.
Ведь, в случае раздора, за обоих
За вас молитвы буду воссылать,
Просить за мужа и просить за брата,
Одной мольбой другую хороня.
Ведь кто ни победит из вас, в убытке
Останусь, горестная, все равно,
И где же выход?

Антоний

Милая моя,
Люби того, кто более достоин.
Теряя честь, увечу я себя.
Зачем тогда тебе такой увечный.
Ты хочешь быть посредницей? Изволь.
Тем временем к войне приготовленья
Обязан я вести. Они затмят
Усилья Цезаря. Так что не мешкай
И делай, что желаешь.

Октавия

Господин мой,
Благодарю. Небесной силой пусть
Исполнюсь, слабая, и помирю вас.
Война меж вами расколола б землю,
И трупами пришлось бы заполнять
Расселину.

Антоний

Виновника найди.
Не можем оба быть равновиновны,
И не должны равнолюбимы быть.
Возьми с собою тех, кого желаешь.
В расходах не стесняй себя.

Уходят.

Сцена 5

Там же. Другая комната. Входят с разных сторон Энобарб и Эрос.

Энобарб

Ну, что слыхать, друг Эрос?

Эрос

Новости странные.

Энобарб

Какие это?

Эрос

Цезарь и Лепид пошли войною на Помпея.

Энобарб

Давно знаю; а чем кончилось?

Эрос

Цезарь, использовав Лепида против Помпея, тут же лишил Лепида равной власти, отказал ему в славе победы, и мало того — обвинил в письменных сношениях с Помпеем; а обвинив, сам же и арестовал. Так что бедная треть мира теперь в заточении, покуда смерть не выпустит на волю.

Энобарб

Остались в мире две зубастых пасти.
И сколько царств им в пищу ни кидай,
Тем кончат, что сожрут одна другую.
Антоний где сейчас?

Эрос

По саду бродит,
Камыш пиная гневно и рыча:
"Дурак Лепид" и "Глотку перерву
У убившему Помпея офицеру".

Энобарб

Большой наш флот готовится в поход.

Эрос

В Италию — на Цезаря. Но я
Чуть не забыл за всеми новостями,
Что господин зовет тебя к себе.

Энобарб

Пойдет все прахом... Что ж, веди меня
К Антонию.

Эрос

Прошу.

Уходят.

Сцена 6

Рим. Дом Цезаря. Входят Цезарь, Агриппа и Меценат.

Цезарь

Над Римом насмехаясь, сотворил
Кой-что и хуже. Там, в Александрии,
На площади обитый серебром
Помост воздвиг; на тронах золотых
Антоний с Клеопатрою воссели;
У их подножья сел Цезарион
(Чьим якобы отцом был Юлий Цезарь),
А рядом — незаконный весь приплод
От их блудодеянья. Клеопатру
Не только самодержицей Египта
Антоний утвердил, но сверх того
Над Кипром воцарил и Нижней Сирией
И Лидией.

Меценат

Провозгласил о сём
Публично?

Цезарь

Да, на людном месте зрелищ
И состязаний. Сыновей своих
Велел титуловать "цари царей".
Мидию, Парфию, Армению
Дал Александру; Птолемей же получил
Трон Киликии, Финикии, Сирии.
Тот день прокрасовалась Клеопатра,
Богинею Изидой нарядясь.
И прежде так являлась принародно.

Меценат

Об этом надо Рим оповестить.

Агриппа

Спесью Антония уже пресытясь,
Пусть отвернутся люди от него.

Цезарь

Рим это знает. А теперь Антоний
И обвинения свои прислал.

Агриппа

Кого же обвиняет он?

Цезарь

Меня.
Сицилию взяв у Помпея, дескать,
Присвоил я Антониеву часть.
И, во-вторых, мол, не вернул галер,
Что он прислал в подмогу нам. И, в-третьих,
Он недоволен, что смещен Лепид
И отняты доходы у Лепида.

Агриппа

Нельзя оставить это без ответа.

Цезарь

Ответ уж послан. Я пишу ему,
Что был Лепид смещен из-за своей
Жестокости и злоупотреблений,
И что Сицилией я поделюсь,
Но пусть и он поделится Арменией
И прочей завоеванной землею.

Меценат

Он никогда на это не пойдет.

Цезарь

Тогда и нашего мы не уступим.

Входит Октавия со свитой.

Октавия

Привет мой Цезарю, и вам привет!
Родной мой Цезарь, здравствуй!

Цезарь

Никогда
Не думал я покинутой увидеть
Мою Октавию.

Октавия

Да разве я
Покинута?

Цезарь

Зачем же втихомолку
Ты прибыла? Антония жене
И Цезаря сестре так не пристало.
Прибытие должны бы предварять
Когорты воинов и ржанье коней,
И пыль дорог подняться до небес.
Взобравшись на деревья вдоль пути,
Должны б томиться люди ожиданьем.
А ты явилась, словно бы на рынок
Крестьянка, — выказать нам помешав
Свою любовь к тебе и под сомненье
Ее поставивши. Ведь нам бы надо
И на море тебя встречать, и здесь —
И всё обогащая праздник встречи.

Октавия

Сама решила я так скромно ехать.
Антоний мне сказал, что ты войну
Готовишь. И, печалясь, попросила
Я позволенья на поездку в Рим.

Цезарь

Он быстренько позволил. Ты — помеха
Его распутству.

Октавия

О, не надо так.

Цезарь

За ним ведется наше наблюденье.
Ко мне летят известия о нем.
Ну-ка, скажи, где он теперь?

Октавия

В Афинах.

Цезарь

Нет, оскорбленная моя сестра.
Его кивком призвала Клеопатра.
Свое владычество он отдал шлюхе.
Они царей сзывают на войну.
Ливийский Бокх, Аминтас ликаонский,
Фракийский Адаллас и Филадельф
Пафлагонийский, аравийский Манх,
Царь комагенский Митридат, царь Понта,
Царь Ирод Иудейский, Архелай
Каппадокийский встали на подмогу.
И я еще не перечислил всех.

Октавия

О горе! Расколола сердце мне
Печаль о двух враждующих и близких.

Цезарь

Радушье наше пусть тебя утешит.
Внимая твоим письмам, я не рвал
С Антонием, пока не стало ясно,
Что обманул тебя он — и грозит
Нам гибелью дальнейшая беспечность.
Не надо слезы проливать о том,
Что решено судьбой неотвратимой.
Добро пожаловать! Тебя дороже
Нет у меня. И ты оскорблена
Неописуемо. Воздать за это
Велели боги нам. Ты не горюй.
Тебе вовек мы рады.

Агриппа

Госпожа,
Добро пожаловать.

Меценат

Милости просим.
Весь Рим, любя, сочувствует тебе.
Один блудник Антоний отвернулся
И отдал власть горластой потаскухе,
Что этим хвалится и нас чернит.

Октавия

Ужели правда?

Цезарь

Правда. Не терзайся,
Перетерпи, любимая сестра.

Уходят.

Сцена 7

Близ Акциума. Лагерь Антония. Входят Клеопатра и Энобарб.

Клеопатра

Не сомневайся, я еще с тобою
Сочтуся.

Энобарб

Но за что, за что, за что?

Клеопатра

За то, что говорил ты — мол, негоже,
Чтобы поехала я на войну.

Энобарб

А разве я не прав?

Клеопатра

Против меня
Объявлена война. Так почему я
Участвовать в ней лично не могу?

Энобарб

(в сторону)
Я б мог ответить. Если бы в строю
Кобыл и жеребцов держали вместе,
То потеряли б конницу. Кобылы
И всадников несли бы на себе,
И жеребцов.

Клеопатра

Ну, что ты там бормочешь?

Энобарб

Антония ты тяжко затруднишь
Своим присутствием. Отнимешь время,
Отнимешь силы сердца, силы мозга,
Которые нужны будут ему.
Его и так хулят за небреженье,
И в Риме утверждают, что не он
Командует, а евнух и служанки.

Клеопатра

Да провались твой Рим! Пускай язык
Сгниет у тех, кто на меня клевещет!
Войну я оплатила; как царица
Ее вести желаю наравне
С мужчинами. И возражать не думай,
Я не останусь в стороне.

Входят Антоний и Канидий.

Энобарб

Молчу.
Сам повелитель наш сюда шагает.

Антоний

Скажи, Канидий, разве же не странно,
Что из Тарента и Брундизия
Так быстро Ионическое смог
Он море пересечь и взять Торину?
Ты слышала, любимая?

Клеопатра

Ленивых
Особо восхищает быстрота.

Антоний

Упрек заслужен. Высказать его б
Весомей не сумел и старый воин. —

Канидию.

Антоний

Мы Цезарю бой на море дадим.

Клеопатра

Конечно.

Канидий

А зачем?

Антоний

Он шлет нам вызов
На бой морской.

Энобарб

Да мало ли чего!
А ты его на поединок вызвал.

Канидий

И предлагал дать битву у Фарсал,
Где Юлий Цезарь победил Помпея.
Но это все невыгодно ему,
И он отверг. И ты отвергни море.

Энобарб

Твои команды наскребались наспех —
Погонщик мулов, серый землероб, —
А у него испытанный народ,
В боях с Помпеем Секстом закаленный;
Суда у них увертливы, легки,
Твои же тяжелы. Готов ты драться
На суше, и позора нету в том,
Что на воде сражения не примешь.

Антоний

Приму, приму.

Энобарб

Достойнейший властитель!
На этом потеряешь перевес
Неоспоримый в силе и уменье;
Пехотные надежные войска
Зря раздробишь, и применить не сможешь
Прославленное мастерство свое,
С путей, тобой испытанных, уйдя
В сплошные дебри случая и риска.

Антоний

Я буду драться в море.

Клеопатра

Шестьдесят
Галер имею, и похвастать Цезарь
Не может лучшими.

Антоний

Избыток кораблей
Сожжем, людьми пополним остальные
И на подходах к Акциуму, к мысу,
Эскадру Цезареву сокрушим.
Уж если не получится на море,
Тогда в запасе суша.

Входит гонец.

Антоний

С чем пришел?

Гонец

Известие правдиво, повелитель.
Цезарь в Торине.

Антоний

Как туда он смог
Поспеть? Невероятно уж и то,
Что авангард его туда добрался.
Канидий, девятнадцать легионов
Держи на суше. Там же собери
И нашу конницу — двенадцать тысяч. —
Моя богиня моря! На корабль
Поднимемся!

Входит старый солдат.

Антоний

Что скажешь, храбрый воин?

Солдат

О повелитель, не дерись на море.
Не верь доскам прогнившим кораблей.
На меч мой положись, на эти шрамы.
Пусть египтяне, финикийцы пусть
В воде барахтаются. Мы привыкли
На твердой суше побеждать в бою,
Лицом к лицу с врагами прочно стоя.

Антоний

Ну, хватит.

Антоний, Клеопатра и Энобарб уходят.

Солдат

Геркулесом поклянусь,
Что прав я полностью.

Канидий

Ты прав, солдат.
Но он не опытом руководится,
А бабьей волей. Бабы нас ведут.

Солдат

На суше остаются легионы
И конница вся?

Канидий

Распределены
По кораблям Публикола и Целий,
Юстей и Марк Октавий. Мы ж — на суше.
А Цезарь был неимоверно быстр.

Солдат

Еще покуда в Риме оставался,
Войска послал он скрытно, по частям,
Разведчиков всех наших одурачив.

Канидий

На суше кто ведет его войска?

Солдат

Какой-то Тавр.

Канидий

Его давно я знаю.

Входит гонец.

Гонец

Канидий, к повелителю тебя.

Канидий

Чревато время уймою событий.
Одну рожает новость за другой.

Уходят.

Сцена 8

Равнина близ Акциума. Входят Цезарь и Тавр во главе войска.

Цезарь

Тавр!

Тавр

Цезарь, слушаю тебя.

Цезарь

На суше
Не атакуй, не вызывай на бой,
Пока не кончим на море. Строжайше
Исполни письменное предписанье.
На кон поставлена сейчас судьба.

Уходят.

Сцена 9

Другая часть равнины. Входят Антоний и Энобарб.

Антоний

Расположи войска лицом к врагу
На склоне, чтобы видеть ход сраженья
Морского и на суше поступить,
Как требуют события.

Уходят.

Сцена 10

Равнина близ Акциума. Проходят в одну сторону Канидий с войском, в другую — Тавр со своим войском. Затем слышен шум морского сражения. Входит Энобарб.

Энобарб

Всё прахом... прахом... Не могу смотреть.
Египетское флагманское судно
"Антониада", а за ним и все
Те шестьдесят галер бегут... В глазах
Мешается...

Входит Скар.

Скар

О боги и богини!

Энобарб

О чем горюешь?

Скар

Потеряли мы
По-глупому полмира. Прокутили,
Пролобызали царства и края.

Энобарб

К какому битва движется исходу?

Скар

К смертельному для нас. У нас чума.
Уж проступили роковые пятна.
Потасканная шлюха-египтянка —
О, чтоб ее проказа сожрала! —
Средь боя, когда шансы были вровень
И даже в нашу пользу дело шло, —
Вдруг взбаламутясь, как в июньский день
Ужаленная оводом корова,
На всех бежать пустилась парусах.

Энобарб

Я видел, и в глазах все помутилось,
И дольше я не мог уже глядеть.

Скар

А вслед за ней, погублен, одурманен,
Как дикий селезень за уткой вслед,
На крыльях парусов летит Антоний,
В разгаре боя покидая бой...
Отвага, честь и опыт никогда
Не опускались до такого срама.

Энобарб

О горе, горе!

Входит Канидий.

Канидий

В воде лишилось счастье наше сил
И тонет. Не свихнись наш полководец,
Мы победили бы. Он заразил
Нас этим бегством.

Энобарб

Скис и ты, Канидий?
Тогда надежде говорю "прощай".

Канидий

Они поплыли на Пелопоннес.

Скар

Туда недолог путь. И там придется
Мне ожидать развязки.

Канидий

Приведу
И конницу мою, и легионы
Я к Цезарю. Пример мне подают
Шесть сдавшихся царей.

Энобарб

А я покамест
Антония не брошу в злой судьбе,
Хоть и велит мне разум это сделать.

Уходят.

Сцена 11

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Антоний с приближенными.

Антоний

Вы слышите, земля мне говорит:
"Прочь с моего лица!"Друзья, приблизьтесь.
В померкшем мире, запоздалый путник,
Уж безвозвратно заблудился я.
Гружёный золотом корабль имею.
Возьмите, разделите меж собой, —
Затем бегите, с Цезарем миритесь.

Все

Бежать? Нет, нет.

Антоний

Я сам бежал, друзья,
И пятками сверкать учу успешно.
Спасайтесь. Для себя избрал я путь,
Где помощи уже не надо вашей.
Корабль стоит в порту. Берите всё.
О, я стыжусь глаза поднять на то,
Вослед за чем я бросился из боя.
Я полусед — и седина бранит
Тёмные волосы за безрассудство,
А те ее — за глупую любовь,
За трусость. Я вам письма дам к друзьям.
Они вам проторят пути. Плывите.
Не хмурьтесь и не говорите "нет".
Воспользуйтесь возможностью. Спасайтесь,
Бросив того, кто предал сам себя.
Немедля в порт! Корабль я дам вам этот.
Теперь ступайте, очень вас прошу, —
Приказывать уж не имею права.
Ступайте же. Увидимся в порту.

Приближенные уходят. Антоний садится.

Входит Клеопатра, поддерживаемая Хармианой и Ирой, и за ними Эрос.

Эрос

Нет, государыня, к нему, к нему!
Его утешь.

Ира

Царица дорогая,
Пожалуйста.

Хармиана

Иначе ведь нельзя.

Клеопатра

Дайте присяду. О богиня неба!

Антоний

Нет, нет, нет, нет.

Эрос

Взгляни, мой господин!

Антоний

О, стыд, о, стыд и срам.

Хармиана

Царица наша!

Ира

Царица добрая!

Эрос

Мой государь!

Антоний

Да, да. Меча он в битве у Филипп
Не вынимал из ножен. Я же дрался,
Морщинистого Кассия поверг.
Я, я разделался с безумным Брутом.
Он возлагал сраженья на других,
Водить когорты в бой не научился.
Теперь же... Ну, да что...

Клеопатра

Посторонитесь.

Эрос

Мой государь, — царица.

Ира

Подойди,
О государыня, заговори с ним.
Он сам не свой от срама.

Клеопатра

Поддержите
Меня под локти. Ох!

Эрос

Мой государь,
Вставай, встречай великую царицу.
Она склонилась скорбной головой,
Она умрет. Утешь ее скорее,
Мой благороднейший...

Антоний

Бесповоротно
Я благородство бегством загубил.

Эрос

Мой государь, — царица.

Антоний

О царица!
Куда ты завела меня? Нет сил
Глаза не прятать и не вспоминать
Бесчестья и разгрома.

Клеопатра

О, прости мне
Всполохнутые паруса! Не знала,
Что поплывешь за мной.

Антоний

О, знала ты
Что держишь мое сердце на канате
И что меня потянешь за собой, —
Что стоит только лишь тебе кивнуть,
И повеления богов забуду.

Клеопатра

Прости меня, прости!

Антоний

Теперь придется
Слать сопляку прошения, хитрить
И унижаться. А ведь полумиром
Вертел я, возвышая, сокрушая
Кого хотел... Отлично знала ты,
Что полностью я у тебя во власти
И повинуется тебе мой меч,
Любовью ржавленный.

Клеопатра

Прости, прости меня!

Антоний

Не плачь. Твоя единая слеза
Дороже всех побед и поражений.
Один твой поцелуй — и квиты мы,
Любимая. Вернулся ли посланец,
Учитель наш придворный? Тело всё
Как будто налито свинцом. Вина мне!
Обедать подавайте! Нет, судьба
Ударами не обратит в раба!

Уходят.

Сцена 12

Египет. Лагерь Цезаря. Входят Цезарь, Агриппа, Долабелла, Фидий и другие.

Цезарь

Где тот, кого прислал сюда Антоний?
Ко мне ведите. Знаете его?

Долабелла

Детей Антония он обучает.
Антоний уж ощипан догола,
Раз посылает перышко такое
Убогое. А ведь еще недавно
Царей на побегушках он держал.

Входит Евфроний.

Цезарь

Стань ближе. Говори.

Евфроний

Я, недостойный,
Послан Антонием. Еще вчера
Я был мельчайшей капелькой росы
Перед его безбрежным океаном.

Цезарь

Так. С чем пришел?

Евфроний

Приветствует тебя
Антоний как судьбы его владыку
И просит позволенья жить в Египте;
А если нет, то проживать хотя б
Смиренным горожанином в Афинах —
Дышать дозволь под небом, на земле.
Это — Антоний. Что ж до Клеопатры,
Она, твое приявши верховенство,
К могущественным падает стопам
И для детей своих оставить просит
Корону Птолемееву царей.

Цезарь

К Антониевым просьбам ухо глухо.
Царицу же и выслушать готов,
И удовлетворить ее желанья,
Если она изгонит из Египта
Иль осрамленного казнит дружка.
Вот мой ответ.

Евфроний

Храни тебя фортуна!

Цезарь

Эй, провести его через посты.

Евфроний уходит.

Фидию.

Цезарь

Испробовать твою красноречивость
Пришла пора. К царице поезжай.
Ее союз с Антонием разбей.
Сули от нас ей все, чего желает,
И сам еще придумай и прибавь.
Женщины слабы и в безбедной жизни,
Беда же и весталку совратит.
Свое используй, Фидий, хитроумье.
Тебя щедрейше мы вознаградим.

Фидий

Слушаю, Цезарь.

Цезарь

И понаблюдай,
Как переносит свой позор Антоний.
За поведеньем проследи его
Во всех подробностях.

Фидий

Исполню, Цезарь.

Уходят.

Сцена 13

Александрия, дворец Клеопатры. Входят Клеопатра, Энобарб, Хармиана и Ира.

Клеопатра

Что нам осталось делать, Энобарб?

Энобарб

Задуматься и умереть от горя.

Клеопатра

Кто виноват в том — я или Антоний?

Энобарб

Антоний, порывания свои
Поставивший над разумом. Что, если
От противостояния флотов,
Которые друг друга устрашали,
От лика леденящего войны
Бежала ты? Ведь это не резон,
Чтобы кидаться следом за тобою.
Когда сшибались оба полумира,
Чтобы решить Антония судьбу,
Нельзя было, поддавшись зуду страсти
И полководчество свое губя,
Ошеломленный флот бросать позорно.

Клеопатра

Молчи.

Входит Антоний с Евфронием.

Антоний

И это весь его ответ?

Евфроний

Да, государь мой.

Антоний

Ежели царица
Меня предаст, то он приклонит слух
К ее желаниям?

Евфроний

Так говорит он.

Антоний

Ты слышишь, Клеопатра? Если ты
Пошлешь мальчишке голову седую,
То он осыплет царствами тебя.

Клеопатра

Седую голову?

Антоний

(Евфронию)
Езжай назад,
Скажи ему, что он цветуще молод
И должен землю доблестью дивить.
Распоряжаться может даже трус
Деньгами, кораблями и войсками.
Вести войну посредством подчиненных
Способен и ребенок. Посему
Зову его, всю мишуру отбросив,
Со мной, стареющим, скрестить мечи
На поединке. Письменный сейчас
Составлю вызов я. Ступай за мною.

Антоний и Евфроний уходят.

Энобарб

(в сторону)
Держи карман. Богатый войском Цезарь
Откажется от счастья своего
И гладиатором пойдет рубиться!
Я вижу, здравый разум у людей
С благополучьем вместе погибает.
Как иначе бы мог вообразить он,
Что Цезарь примет вызов голяка?
Да, Цезарь, — и в бою ты победил,
И отнял у Антония рассудок.

Входит служитель.

Служитель

Посланец Цезаря!

Клеопатра

Где ж этикет?
Коленопреклонялись пред бутоном,
А перед розой нынче морщат нос!
Вот так-то, девушки. — Ввести посланца.

Служитель уходит.

Энобарб

(в сторону)
Уж и не знаю, надо ль честным быть?
Верность глупцу — не верность, а безумье.
Но кто в беде не предал господина,
Тот как бы этим победил беду
И в памяти останется потомства.

Входит Фидий.

Клеопатра

Чего желает Цезарь?

Фидий

Сообщу
С глазу на глаз я.

Клеопатра

Все они — друзья,
И можешь говорить не опасаясь.

Фидий

Друзья кому? Антонию?

Энобарб

Друзей
Антонью столько нужно, сколько их
У Цезаря, — или не нужно вовсе.
Лишь Цезарь пожелай, Антоний будет
Ему сердечным другом. Ну, а мы
Друзья тому, с кем наш хозяин в дружбе.

Фидий

Так. Слушай же, прославленная. Цезарь
Просит тебя спокойно уповать
На то, что не разбойник он, а Цезарь.

Клеопатра

Истинно царское великодушье.
Но продолжай.

Фидий

Он знает, не любовь,
А страх тебя толкнул на связь с Антонием.

Клеопатра

О!

Фидий

И поэтому тебя жалеет,
А не винит.

Клеопатра

Всеведущий он бог
И знает, не по доброму согласью,
Под принужденьем отдала я честь.

Энобарб

(в сторону)
А что на это скажешь ты, Антоний?
Такая течь на корабле твоем,
Что даже и дражайшая подруга
Тебя бросает. Надобно и нам
Бежать, пока с тобой не потонули.

Уходит.

Фидий

Через меня ты можешь передать
Свои желанья Цезарю. Он жаждет
Исполнить их, опорой жаждет стать.
Он был бы особливо рад услышать,
Что под его всевластное крыло
Ушла ты от Антония.

Клеопатра

Твое
Как имя?

Фидий

Фидий.

Клеопатра

Мой добрейший Фидий,
Великому ты Цезарю скажи,
Что я целую Цезареву руку
Победную и, на колени встав,
Кладу к его ногам свою корону,
Чтобы из уст властительных услышать
Решенье царской участи моей.

Фидий

Да, так всего достойнее. Когда
Противоборствует невзгодам мудрость,
Желания которой исполнимы,
Ее ничто не сможет пошатнуть.
Позволь моим почтительным тубам
Твоей руки коснуться.

Клеопатра

Юлий Цезарь,
Теперешнего Цезаря отец,
Завоеванья новые готовя,
Задумчиво убогую вот эту
Всю руку обцеловывал не раз.

Входят Антоний и Энобарб.

Антоний

Амурничаете, гром разрази вас?
Ты кто таков?

Фидий

Веленье исполняю
Того, кто выше и сильнее всех.

Энобарб

(в сторону)
Ох, выпорют тебя.

Антоний

Постой же, падаль!
Эй, слуги!.. Власть уходит от меня.
Еще вчера на зов ко мне цари,
Как мальчуганы резвые, кидались.
Оглохли вы там?.. Я еще Антоний.

Входят слуги.

Антоний

Взять этого и выпороть!

Энобарб

(в сторону)
Шутить
Со старым львом, который умирает,
Еще опаснее, чем с молодым.

Антоний

Отделайте на совесть, черт возьми.
Застань славнейших двадцать я царей,
Подвластных Цезарю, за наглым этим,
За целованием ее руки, —
Как мне назвать ее теперь, не знаю,
А раньше Клеопатрой называл, —
Я бы плетьми их всех... Порите, братцы,
Пока не сморщит плачуще лица,
Как мальчик не захнычет о пощаде.
Ведите!

Фидий

Марк Антоний!

Антоний

Прочь тащите!
А выпоров, сюда его опять!
Я этого холопа отошлю
Обратно к Цезарю с моим приветом.

Слуги с Фидием уходят.

Антоний

Ты уж потертая досталась мне.
И для того ли в Риме драгоценность
Оставил я — редчайшую из жен,
Не породивши с ней детей законных,
Чтобы меня здесь оскорбляла та,
Которая не брезгает слугою?

Клеопатра

Мой господин!..

Антоний

Виляла ты всегда.
Но если погрязаем мы в пороке,
То боги ослепляют нас, смеясь,
В нашей грязи наш разум потопляют,
И одурелые мы гордо прем
К погибели.

Клеопатра

Вот что должна я слушать!

Антоний

Тебя уже объедком я нашел
У Цезаря покойного на блюде.
И Гней Помпей тобою угощался,
Не говоря о ярых тех часах,
Что похоти ты тайно посвятила.
Уверен я, понятие "воздержность"
Лишь понаслышке ведомо тебе.

Клеопатра

За что, за что мне это?

Антоний

Стервеца,
Который кланяясь берет подачки,
К руке, меня ласкавшей, допустить —
К руке, скрепившей наш союз сердечный...
О, я готов быком реветь от боли,
Рогатые стада перемычать, —
Ибо про это тихо говорить
Равно тому, как если палача
Благодарить за душащую петлю.

Входит слуга с Фидием.

Антоний

Ну, выпороли?

Слуга

Крепко, господин мой.

Антоний

Заплакал он? Прощенья попросил?

Слуга

Да, запросил пощады.

Антоний

(Фидию)
Если жив
Отец твой, пусть сейчас он пожалеет,
Что ты не дочь, а выпоротый сын.
И в триумфальном шествии тебе
Идти за Цезарем да будет стыдно.
При виде женской ручки будешь ты
Трястись отныне в страхе. Отправляйся
Обратно к Цезарю и доложи,
Как принят был. И не забудь сказать,
Что он меня разгневал небреженьем
К тому, кем был я, и насмешкой наглой
Над положеньем нынешним моим.
Теперь меня нетрудно рассердить,
Когда звезда моя скатилась в пропасть.
А если не понравится ему
Поступок мой, пусть выпорет Гиппарха,
Вольноотпущенника моего,
Бежавшего к нему — или повесит,
Или замучит, чтобы поквитаться
Со мной. Так и скажи ему. Ступай
И уноси испоротую спину.

Фидий уходит.

Клеопатра

Ну, отсердился?

Антоний

Лик земной луны,
Моей богини, потускнел, затмился —
И знаменует это мой конец…

Клеопатра

Что ж, подожду.

Антоний

Чтоб Цезарю польстить,
Ты не побрезговала строить глазки
Завязывателю его шнурков.

Клеопатра

Так плохо знаешь ты меня?

Антоний

Я знаю,
Что охладела сердцем ты ко мне.

Клеопатра

Ах, если охладело мое сердце,
Пусть породит оно ледяный град
Отравленный. Пусть градиною первой
Меня убьет; второй — Цезариона.
Пусть уничтожат всех моих детей
Те ядовито тающие льдинки, —
Всех египтян моих, и пусть их трупы
Непогребенными так и лежат,
Мухам и гнусу нильскому на пищу!

Антоний

Довольно. Верю. Цезарь осаждает
Александрию. Я войскам его
Противостану. Мы на сухопутье
Не дрогнули. Наш разделенный флот
Уже соединен и снова грозен.
Где ж ты скрывалось, мужество мое? —
Ты слышишь, дорогая? С поля боя
Иль вовсе не вернусь, или вернусь
В крови врагов — в багряном цвете силы,
Чтоб губы эти вновь поцеловать.
Я в летопись впишусь моим мечом.
Еще война не кончена.

Клеопатра

Мой витязь!
Таким и будь!

Антоний

Обрушу на врага
Тройную силу мышц, дыханья, сердца
И беспощаден буду с этих пор.
Покуда был я баловнем судьбы,
Поверженный противник отшутиться
От смерти мог. Ну, а теперь шалишь!
Я, зубы стиснув, буду рушить жизни
Всех ставших на пути. Еще одну
Пойдем, устроим праздничную ночку.
Зови моих печальных командиров —
Наполним наши кубки еще раз,
Смеясь над сонным полуночным звоном.

Клеопатра

Сегодня день рожденья моего.
Я шумно праздновать не собиралась.
Но раз ты вновь Антоний, буду я
Вновь Клеопатрой.

Антоний

Мы еще воспрянем.

Клеопатра

Военачальников всех во дворец!

Антоний

Да, всех сюда. Я призову их драться.
А этой ночью так их напою,
Чтобы вино сквозь шрамы проступило.
Идем, царица! Силы не иссякли.
Так буду бить, что влюбится в меня
Старуха смерть. Я буду состязаться
С ее косою.

Все, кроме Энобарба, уходят.

Энобарб

Он теперь готов
Сверканье молний встретить не мигая.
Пришел в отчаянность. Так, с перепугу
Лишившись страха, голубь коршуна клюет.
Чем полководец наш слепее мозгом,
Тем буйствует сильней отвага в нем,
Съедая разум, ослабляя руку.
Пора отсюда как-то уходить.

Уходит.

АКТ IV

Сцена 1

Лагерь Цезаря под Александрией. Читая письмо, входит Цезарь, за ним Агриппа и Меценат с войском.

Цезарь

Честит меня мальчишкой и шумит
Так, словно в силах выбить из Египта.
Посланца высек моего, а мне
На поединок вызов шлет. Потеха!
Понять не может старый дебошир,
Что если умереть я захочу,
То без него найду дорогу к смерти.

Меценат

Зверь в исступленье впал — и, значит, загнан.
Воспользуйся, не дай передохнуть.
Беснуясь, забывают осторожность.

Цезарь

Военачальников оповестить,
Что завтра уж последнее сраженье
Даем. Одних Антоньевых солдат,
Теперь под знамя наше перешедших,
Хватило бы, чтобы покончить с ним.
Оповестите — и распорядитесь
По-праздничному накормить войска.
Припасов хватит. Люди заслужили.
Бедный Антоний!

Уходят.

Сцена 2

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Антоний, Клеопатра, Энобарб, Хармиана, Ира, Алексас и другие.

Антоний

От поединка, значит, отказался?

Энобарб

Да.

Антоний

Почему же?

Энобарб

Мненья он того,
Что ставки неравны: его фортуна
Раз в двадцать лучше, — значит, двадцать жизней
Поставил бы против одной твоей.

Антоний

Мой Энобарб! На море и на суше
Я завтра буду биться. Победить —
Или погибнуть, но омывши кровью
И этим воскресив былую честь.
А ты как будешь драться?

Энобарб

Клич мой будет:
"Пощады не даю и не прошу!"

Антоний

Прекрасно. А теперь всех слуг сюда!

Входят трое или четверо слуг.

Антоний

Сегодня попируем. — Руку, братец!
Служил ты честно мне. — И ты. — И ты. —
И ты. — И ты. Отменно вы служили,
С князьями и царями наравне.

Клеопатра

(тихо Энобарбу)
Что это?

Энобарб

(тихо Клеопатре)
Это горе в нем чудит.

Антоний

И ты служил на совесть. Я хотел бы,
Чтоб все вы стали мною, а я вами, —
И обслужить бы вас, как вы меня.

Слуги

Нет, боги упаси!

Антоний

Ну что же, други!
Еще поугощайте вечерок.
Вина не пожалейте, окажите
Мне честь такую ж, как во времена
Недавние, когда не только вы —
Полмира было под моим началом.

Клеопатра

(тихо Энобарбу)
Зачем он?

Энобарб

(тихо Клеопатре)
Чтобы довести до слез.

Антоний

Попотчуйте — уж, может, напоследок,
И больше не увидите меня
Иль призраком увидите кровавым.
Возможно, завтра будете служить
Другому. Взглядом обвожу прощальным.
Хозяин я хороший. Не гоню,
А до кончины вас держу на службе.
Еще мне уделите два часа,
Не больше. И за то воздай вам боги!

Энобарб

Зачем ты это, повелитель мой,
Так удручаешь их? Они ведь плачут.
И у меня, осла, глаза слезятся.
Не стыдно ли нас в женщин обращать?

Антоний

Ха-ха-ха! Ведьма оседлай меня,
Если желал я вызвать эти слезы!
Да принесут они вам благодать!
Вы поняли меня в печальном смысле,
А я взбодрить вас только лишь хотел, —
Чтоб мы пропировали вечерочек.
Ведь завтра я надеюсь победить,
А не погибнуть с честью. Так пойдем,
Утопим грусть-заботу в винной чаше.

Уходят.

Сцена 3

Перед дворцом Клеопатры. Входит группа солдат.

Первый солдат

Брат, доброй ночи! Утром ждет нас бой.

Второй солдат

И он решит судьбу. Итак, до завтра.
А необычного ты ничего
На улицах не слышал?

Первый солдат

Нет. А что там?

Второй солдат

Должно быть, выдумки. Прощай пока!

Первый солдат

Желаю счастья!

Навстречу им — другие солдаты.

Третий солдат

Бдительно, солдаты,
Несите стражу.

Первый солдат

Будьте начеку
И вы. Желаем бестревожной ночи.

Становятся на посты по углам сцены.

Второй солдат

Вот здесь наш пост. А завтра пусть бы флот
Нас не подвел, а уж на сухопутье
Мы без сомненья выстоим.

Первый солдат

Сильно
И духом и стремленьем наше войско.

Звуки гобоев под сценой.

Второй солдат

Чу! Слышите?

Первый солдат

Молчи и слушай!

Второй солдат

Тсс!

Первый солдат

Музыка!

Третий солдат

И звучит из-под земли.

Четвертый солдат

И служит добрым предзнаменованьем?

Третий солдат

Нет.

Первый солдат

Тсс! Что ж это может означать?

Второй солдат

Под музыку уходит от Антонья
Его бог-покровитель Геркулес.

Первый солдат

Пойдем к другим постам, — звучит ли там?

Второй солдат

Ну, слышите, как шествуют?

Солдаты

Слыхали?
Вы слышите?

Первый солдат

Творятся чудеса...

Третий солдат

Уходит музыка...

Первый солдат

Пойдем за нею
До крайних караульных рубежей.
Дослушаем.

Солдаты

Пойдемте. Чудеса!

Уходят.

Сцена 4

Комната во дворце. Входят Антоний, Клеопатра, Хармиана и другие.

Антоний

Эй, Эрос! Латы где?

Клеопатра

Приляг, поспи.

Антоний

Нет, милая. Неси доспехи, Эрос!

Входит Эрос с доспехами.

Антоний

Ну, друже, облачай меня. Фортуна
Если не улыбнется нынче нам,
То потому, что я ей бросил вызов.
Быстрее!

Клеопатра

Дай, я тоже помогу.
Это куда?

Антоний

Оставь. Того довольно,
Что ты вооружаешь сердце мне.
Не так, не так же.

Клеопатра

Ну, тогда вот так.

Антоний

Отлично, добрый знак. Ты видишь, Эрос?
Поди, надень доспех.

Эрос

Сейчас пойду.

Клеопатра

Ведь хорошо закреплено?

Антоний

Отменно.
И кто в бою полезет открепить,
Тот в бурю попадет. — Проворней, Эрос.
Копаешься. Моя царица, вижу,
Ловчей тебя. О, если б ты могла
Меня увидеть нынче за работой
И оценить могла бы, то была б
Довольна. —

Входит вооруженный солдат.

Антоний

Утра доброго солдату!
Ты спозаранку поднялся на битву —
Ты любишь воинское ремесло.

Солдат

Уж тысяча таких же ранних пташек
В доспехах ожидает у ворот.

Возгласы, звуки труб. Входят военачальники и солдаты.

Один из военачальников

Привет наш полководцу! С добрым утром!
И доброе, и ясное оно.

Все

Привет наш полководцу!

Антоний

Славно, братцы.
День начался, как юный богатырь,
Который рано расцветает силой. —
Так. Дай сюда. Вот так. Ну, молодец. —
Будь счастлива, что ни случись со мною.

Целует Клеопатру.

Антоний

Мой по-солдатски краток поцелуй.
Негоже рассусоливать прощанье.
В сражение, голубка, ухожу,
Весь обратившись в сталь. За мной, бойцы! —
Прощай!

Антоний, Эрос и солдаты уходят.

Хармиана

Вернешься в спальню?

Клеопатра

Да. Ведите.
Он в бой уходит доблестно. Ах, если б
Решить войну он поединком мог!
Тогда б он Цезаря... А так... Пойдемте.

Уходят.

Сцена 5

Александрия. Лагерь Антония. Трубы. Входят Антоний и Эрос; навстречу им — старый солдат.

Солдат

Пусть станет день счастливым для Антония!

Антоний

О, если б я послушался твоих
Разумных слов и ветеранских шрамов
И дал на суше бой!

Солдат

Тогда тебя бы
Не бросили мятежные цари
И воин этот не бежал бы нынче.

Антоний

А кто бежал?

Солдат

Да приближенный твой,
Всегдашний твой сподвижник Энобарб.
Зови, не дозовешься. Иль ответит
Из Цезарева лагеря тебе:
"Уж я не твой".

Антоний

Ты что!

Солдат

Перебежал
Он к Цезарю.

Эрос

А вещи все и деньги
Остались здесь его.

Антоний

Бежал?

Солдат

Бежал.

Антоний

Приказываю, Эрос, — отошли
Ему все это до крохи последней.
И напиши письмо, — я подпишу, —
С прощальным и сердечным пожеланьем,
Чтоб не пришлось ему уж никогда
Менять хозяина. Мои злосчастья
И честных обращают в беглецов.
Иди же, выполняй. — Эх, Энобарб!

Уходят.

Сцена 6

Лагерь Цезаря под Александрией. Входят Цезарь, Агриппа, Долабелла и Энобарб.

Цезарь

Иди, Агриппа, начинай сраженье.
И объяви по войску, что живьем
Антонья взять велим.

Агриппа

Исполню, Цезарь.

Уходит.

Цезарь

Уж близок мир всеобщий. Надо лишь
Сегодня победить — и осенит
Оливковая ветвь три части света.

Входит гонец.

Гонец

Антонья видели на поле боя.

Цезарь

Поди вели Агриппе впереди
Поставить перешедших от Антонья,
Чтоб выдохся буян, рубя своих.

Все, кроме Энобарба, уходят.

Энобарб

Алексас изменил ему — был послан
Антоньем в Иудею, но склонил
Тем Ирода к измене — к переходу
На Цезареву сторону. За труд
Повесил его Цезарь. А других
Перебежавших, в их числе Канидия,
На службу хоть и взял, но нету к ним
Доверья здесь. Я худо поступил
И каюсь горько. Уж душе не будет
Ни в чем отрады.

Входит солдат Цезаря.

Солдат

Слушай, Энобарб!
Прислал Антоний все твое добро,
Его еще наградою дополнив.
На карауле я стоял как раз,
Когда посланец прибыл. Разгружает
Он мулов у палатки у твоей.

Энобарб

Бери добро себе.

Солдат

Не насмехайся,
Я не шучу. Ты должен провести
Посланца мимо лагерных постов.
Я сам бы проводил, но занят службой.
Антоний щедр по-прежнему, как бог,
Как золотодождящий бог Юпитер.

Уходит.

Энобарб

Подлец я величайший оказался,
И сознаю я это лучше всех.
О, как бы наградил меня Антоний
За верность, если срамоту мою
Венчает золотом! Пронзила сердце
Мне эта щедрость. Если не умру
От горя, то мечом ускорю гибель.
Но чувствую, не нужен будет меч.
И чтобы я против тебя сражался?
Ну нет. Пойду канаву поищу
И там издохну. Жизнь закончил срамом,
И подлая положена мне смерть.

Уходит.

Сцена 7

Поле боя между лагерями Антония и Цезаря. Шум боя. Трубы и барабаны. Входят Агриппа и другие.

Агриппа

Отступим. Мы чрезмерно увлеклись.
Сам Цезарь в затруднении. Напор
Противника сильней, чем ожидали.

Уходят.

Шум боя. Входят Антоний и раненый Скар.

Скар

Вот это бой! О храбрый мой властитель!
Когда бы мы и раньше так дрались,
То разогнали бы врагов по норам
С разбитыми башками!

Антоний

Ты в крови.

Скар

Шрам этот ранее был Т-образен.
Теперь он стал багряной буквой "Н".

Вдали трубят к отступлению.

Антоний

Враги трубят отход.

Скар

Мы их загоним
В отверстья нужников. Тут у меня
Еще есть место для шести ранений.

Входит Эрос.

Эрос

Враг бит; победе равен наш успех.

Скар

Давайте подведем итог рубцами
На спинах неприятельских. Мы их,
Как зайцев, гоним! Любо бить бегущих!

Антоний

Я награжу тебя за нрав утешный
И — вдесятеро — за отважный меч.
Пойдемте.

Скар

Я — вприхромку за тобою.

Уходят.

Сцена 8

Под стенами Александрии. Шум боя. Во главе шагающего войска входят Антоний и Скар.

Антоний

Мы опрокинули их, отогнали
К обводам лагеря. Оповестите
О подвиге царицу кто-нибудь.
А завтра на рассвете довершим
Кровопролитье, начатое нынче.
Спасибо всем за доблесть. Вы дрались
Не так, как подначальные дерутся,
А как сподвижники-богатыри.
Идите обнимите жен, родню,
Поведайте им про свои деянья,
Пусть радостной слезой омоют раны
И поцелуями их исцелят.

Входит Клеопатра.

Скару.

Антоний

Дай руку, — и волшебнице великой
Я доложу о доблести твоей,
Чтоб благодарностью, как благостыней
Небесной, осчастливила тебя. —
Отрада мира, кинься мне на грудь!
Рванись сквозь латы к сердцу, торжествуя!

Клеопатра

Воитель несравненный! Невредим,
С улыбкой возвращаешься из битвы,
Из гибельной всесветной западни!

Антоний

Сладкоголосая моя! В нору
Мы их загнали. Пусть посеребрила
Мне проседь волосы, но мощью мозг
Еще питает мышцы, и тягаться
Еще на равных с юностью могу. —
Взгляни вот! Руку протяни в награду
Герою этому. Целуй, храбрец!
Сегодня дрался он, как бог свирепый,
Решивший род людской искоренить.

Клеопатра

За это золотой доспех получишь,
Царю принадлежавший.

Антоний

Будь он весь
В рубинах, точно Феба колесница,
Скар заслужил его. Дай руку мне,
Промаршируем весело чрез город,
Щитами рассеченными гордясь.
Жаль, не вместит дворец, — а то всем войском
Мы пили б там за грозную зарю,
За грозовое завтра. Трубачи!
Зык меди слейте с дробью барабанов,
Чтобы гремели небо и земля,
Рукоплеща шагающим солдатам.

Уходят.

Сцена 9

Лагерь Цезаря. Входят часовые; поодаль — Энобарб.

Старшой

В теченье часа ежели не сменят,
Вернемся в караульню. Ночь светла,
И говорят, выходим на сраженье
Под утро, в два часа.

Первый часовой

Минувший день
Для нас был крут.

Энобарб

Свидетельницей будь,
Ночь лунная!..

Второй часовой

Кто это?

Первый часовой

Подкрадемся,
Послушаем.

Энобарб

Пречистая луна!
Когда меня помянут лихом люди,
Свидетельницей будь, что Энобарб
Покаялся пред ясным лунным ликом.

Старшой

Кто? Энобарб?

Второй часовой

Молчим. Слушаем дальше.

Энобарб

Царица грусти! На меня излей
Промозглый, ядовитый холод ночи,
Чтоб перестала за меня цепляться
Жизнь омерзевшая. Молю, богиня, —
В прах раздроби ты о скалу вины
Иссохшее от угрызений сердце.
Прости меня, Антоний. Благородство
Твое бездонней подлости моей.
А мир меня в отступники пускай
Запишет, в дезертиры. О Антоний!
Антоний!..

Первый часовой

Надо с ним заговорить.

Старшой

Нет, будем слушать дальше. Умышляет
На Цезаря, возможно, Энобарб.

Второй часовой

Но он уснул.

Старшой

Скорей лишился чувств.
Какой уж сон после такой молитвы.

Первый часовой

Поближе подойдем.

Второй часовой

Проснись! Проснись!

Первый часовой

Ты слышишь?

Старшой

Он уже в когтях у смерти.

Вдали барабаны.

Старшой

А вот и барабаны бьют подъем.
Снесем его давайте в караульню.
Он видный человек. А наша стража
Уже закончена.

Второй часовой

Что ж, понесли.
И может статься, он еще очнется.

Уходят с телом.

Сцена 10

Между обоими лагерями. Входят Антоний и Скар с войском.

Антоний

Они готовят нынче бой морской.
На суше им не нравимся.

Скар

И в море,
И на земле их собраны войска.

Антоний

Охотно бы и в остальных стихиях —
В огне и в воздухе — мы с ними в бой
Вступили. Значит, так: пехоту нашу
На пригородных разместим холмах.
А уж галерам дан приказ — отплыли
Из гавани. Подымемся повыше,
Откуда лучше будет наблюдать.

Уходят.

Сцена 11

Там же. Входит Цезарь с войском.

Цезарь

На суше в столкновенье не входить,
Пока не атакованы. И вряд ли
Он атакует. Лучшие бойцы
Им на галеры посланы. Идемте,
Позиции долинные займем.

Уходят.

Сцена 12

Там же. Входят Антоний и Скар.

Антоний

Еще сближаются. От той сосны
Виднее будет. Битву обозревши,
С известиями тотчас ворочусь.

Уходит.

Скар

Ласточки угнездились на галере
Царицыной. Авгуры хмурят лоб,
Отнекиваясь и отмалчиваясь —
Не смея знаменье истолковать.
Антоний то храбрится, то в унынье
Впадает — меж надеждой и бедой.

Возвращается Антоний.

Антоний

Пропало все. Я предан египтянкой.
Флот присоединился ко врагу.
Кидают шапки в воздух, пьют в обнимку,
Братаются. Юнцу и сопляку
Ты продала меня, о трижды шлюха,
Противница последняя моя. —
Вели им всем бежать. Кончаю всё.
Осталось только с ведьмой поквитаться.
Вели им всем бежать. Спасайся сам.

Скар уходит.

Антоний

Да, это был последний мой рассвет.
Судьба прощально пожимает руку.
Прощай, фортуна!.. Вот к чему пришло.
Те, кто не знал отказа у меня,
Вился у ног умильною собачкой,
Переметнулись к Цезарю теперь
И млеют перед ним — цветущим, юным.
А старый кедр, что был превыше всех,
Стоит ободран. Предан я и продан.
О, лживая душа ворожеи!
Мигнешь — и воевать иду послушно;
Кивнешь — и возвращаюся к тебе,
К твоей груди, венцу моих желаний.
А ты меня, как истая цыганка,
Обжулила, до нитки обобрав.
Эй, Эрос, Эрос!

Входит Клеопатра.

Антоний

Наважденье, сгинь!

Клеопатра

Чем я возлюбленного прогневила?

Антоний

Прочь от меня, пока не покарал
И не испортил Цезарю триумфа.
Пусть напоказ орущему плебейству
За Цезаревой колесницей вслед
Ты побредешь позорнейшей из женщин.
Как на уродку, на тебя глазеть
Оболтусы и нищеброды будут,
И раздерет Октавия тебе
Лицо давно готовыми ногтями.

Клеопатра уходит.

Антоний

Ушла добром... Да разве жизнь — добро?..
А лучше бы убить — спасти от многих
Смертей сквернейших... Эрос, эй!.. На мне
Словно рубашка Нессова. Прилипла
И жжет невыносимейше меня.
Так научи ж, мой предок Геркулес,
Меня неистовству, — под серп луны
Чтоб я швырнул принесшего рубаху
И кончил бы затем с самим собой,
Как ты когда-то. Ведьма погубила —
Стакнувшись, продала меня юнцу.
Ей кара — смерть! Смерть ведьме! Где ты, Эрос!

Уходит.

Сцена 13

Александрия. Дворец Клеопатры. Входят Клеопатра, Хармиана, Ира и Мардиан.

Клеопатра

Спасите, женщины мои! Антоний
Ополоумел, как Аякс, когда
Тому щит Ахиллесов не достался.
Он в пене весь, как Фессалийский вепрь.

Хармиана

Скорее в усыпальницу, запрись
И весть пошли ему, что умерла ты.
Великому с величьем расставаться
Больней, чем с телом порывать душе.

Клеопатра

Скорей туда! А, Мардиан, ему
Ты скажешь, я покончила с собою,
"Антоний!" напоследок простонав.
Пожалостней ему поведай это.
Ступай, — и в усыпальницу придешь
Доложишь, как он смерть мою воспринял.

Уходят.

Сцена 14

Другая комната во дворце. Входят Антоний и Эрос.

Антоний

Меня еще ты видишь, Эрос?

Эрос

Да,
О господин мой.

Антоний

Облака порою
Бывают видом как дракон, медведь,
Как лев, как многобашенная крепость,
Грозный утес, двуглавая гора,
Мыс в сизой дымке, а на нем деревья —
И зыблются, обманывая глаз.
Не раз ты видел, как выводит вечер
Чреду таких картин, чтоб завершить
Ночною чернотой.

Эрос

Да, господин мой.

Антоний

Вот очертанье лошади — и тут же
Исчезло в небе, как вода в воде.

Эрос

Да, господин мой.

Антоний

Вот и твой хозяин
Готов исчезнуть. Уж не удержать
Мне вид Антония, мой славный мальчик.
Я за царицу воевал, я сердцем
Ее владел, казалось, — ведь моим
Она владела... Но она коварно
Стакнулась с Цезарем и предала,
И вместе с ее сердцем потерял я
Мильон других сердец... Не плачь, не плачь.
Ведь мы еще вольны с собою кончить.

Входит Мардиан.

Антоний

Воровка госпожа твоя. Она
Мой меч уворовала.

Мардиан

Нет, Антоний.
Она тебя любила, и судьбу
Свою слила с твоей.

Антоний

Прочь, наглый евнух!
Она изменница — и примет смерть.

Мардиан

Уж приняла — вторично уж не может.
Свершилось по желанью твоему.
Последний стон ее, последний выдох:
"Антоний! Доблестнейший мой Анто..." —
И умерла на этом полуслове.

Антоний

И умерла?..

Мардиан

И умерла она.

Антоний

Снимай доспехи, Эрос. Кончен труд
Дня долгого. Ко сну теперь отходим.

Мардиану.

Антоний

Скажи спасибо, что не умертвил.
Ступай отсюда.

Мардиан уходит.

Антоний

Ну, снимай же их.
И семислойный щит служить не смог бы
Защитой сердцу от таких вестей.
О, сердце, разнеси грудную клетку
И вырвись прочь! — Проворней, мальчик мой!
Отвоевался я. Прощайте, латы
Измятые. Я с честью вас носил.
Теперь оставь меня на время, Эрос.

Эрос уходит.

Антоний

О Клеопатра! Догоню тебя
И вымолю прощение слезами.
Да. Мешкать дольше — только пытку длить.
Факел угас. Ляг, не броди в потёмках
И силу больше попусту не трать.
Чем яростнее силишься, тем глубже
Увязнешь. Подведи черту. Кончай.
Иду, моя царица. — Эрос, Эрос! —
Любимая, постой! Рука с рукой,
Вдвоем в поля блаженные умерших,
Где души отдыхают на цветах,
Мы вступим гордо — им на загляденье.
Не вкруг Дидоны и Энея будут
Они теперь толпиться, а вкруг нас.
Эй, Эрос!

Входит Эрос.

Эрос

Что прикажет господин мой?

Антоний

Теперь, когда царица умерла,
А я живу, мне стыдно перед небом.
Я, на спине зеленой океана
Из флотов воздвигавший города,
Мечом кроивший и деливший Землю, —
Оказываюсь трусом перед ней,
Пред благородной женщиной, что смертью
Своей сказала Цезарю: "Не ты,
А я — себя сама я победила".
Ты мне поклялся, Эрос, что когда
Неотвратимо надо мной нависнет
Позор, бесчестье, ужас, — что тогда
Меня убьешь по моему приказу.
Даю приказ. Ты не меня пронзишь,
А Цезарево чванство. Не бледней же
И выполняй.

Эрос

Да не попустят боги,
Чтоб я содеял то, чего свершить
Дождю парфянских стрел не удавалось.

Антоний

Что ж, предпочтешь из римского окошка
Глядеть, как опозоренный иду
За колесницей Цезаря победной,
Вот так покорно шею наклоня,
С руками, связанными за спиною,
И на лице написан горький стыд?

Эрос

Нет, не хочу глядеть я.

Антоний

Так не мешкай,
От унижения избавь мечом,
Служившим столько раз державе нашей.

Эрос

Уволь, о господин.

Антоний

Ты вспомни, волю
Когда тебе давал, поклялся ты
Повиноваться этому веленью.
Иначе служба честная твоя
Вся — лишь набор случайностей, не больше.
Меч обнажи!

Эрос

Отвороти свой лик,
Боготворимый миром.

Антоний

Отвернулся.

Эрос

Меч вынут.

Антоний

Так не медли, выполняй.

Эрос

Прощай же, дорогой мой господин,
Военачальник мой и повелитель!

Антоний

Прощай. Простились. Действуй.

Эрос

О, прощай же,
Великий вождь. Велишь вонзить?

Антоний

Вонзай.

Эрос

(убивая себя)
Вонзил. От горя этим избавляюсь —
Уж не увижу смерти я твоей.

Антоний

Ты втрое благороднее меня.
Сам на меня не смог поднять ты руку,
Но научил, как должно поступить.
Ты и царица — мне пример высокий.
Иду же в смерть, как в брачную постель.
Наученный тобою, умираю.

Падает на свой меч.

Антоний

Что, я не умер? Я живу еще?..
Эй, стража!.. Добивай!..

Входят Деркет и стража.

Первый солдат

Что тут случилось?

Антоний

Я сплоховал, друзья. Кончайте дело.

Второй солдат

Звезды падение...

Первый солдат

Конец времен...

Все

О горе!..

Антоний

Если любите меня,
Добейте.

Первый солдат

Нет, не я.

Второй солдат

Не я.

Третий солдат

Не мы.

Стража уходит.

Деркет

Бежать пора — от смерти и злосчастья.
Мне этот меч кровавый, эта весть
У Цезаря радушье обеспечат.

Входит Диомед.

Диомед

А где Антоний?

Деркет

Вот он, Диомед.

Диомед

Он жив? Ты почему, Деркет, молчишь?

Деркет уходит.

Антоний

Ты это, Диомед? Вынь меч из ножен
И подари мне смерть.

Диомед

О государь!
Меня к тебе послала Клеопатра.

Антоний

Когда?

Диомед

Сейчас вот.

Антоний

Где она сейчас?

Диомед

Укрылась в усыпальнице. Когда ты
Неугасимым гневом воспылал,
В измене заподозрив Клеопатру,
Навеки клятвам верная царица
Послала тебе весть, что умерла.
Но чуя нехорошее, страшась
Последствий этой вести, посылает
Меня всю правду рассказать тебе.
Боюсь, я опоздал.

Антоний

Ты опоздал,
Мой Диомед хороший. Кликни стражу.

Диомед

Эй, стража государева! Где стража!..
Сюда идите! Государь зовет.

Входят несколько солдат стражи.

Антоний

Последнюю мне службу сослужите.
К царице отнесите.

Первый солдат

Горе, горе!
Мы пережить тебя обречены.

Все

О тяжкий день!

Антоний

Нет, милые, не надо
Печалью злую радовать судьбу.
Улыбкой лучше мы ее накажем.
Я часто в наступленье вас водил.
Теперь меня несите, дорогие.
Благодарю за все вас. Подымай!

Уходят, унося Антония.

Сцена 15

Царская усыпальница. Наверху входят Клеопатра, Хармиана, Ира и другие прислужницы.

Клеопатра

Отсюда уж не выйду, Хармиана.

Хармиана

Позволь тебя утешить, госпожа.

Клеопатра

Нет, не хочу. Душе моей созвучно
Все странное и страшное теперь.
А утешений не желаю слушать.
Причина горя нашего огромна,
И надлежит огромно горевать.

Внизу входит Диомед.

Клеопатра

Он умер? Говори.

Диомед

Еще не умер.
Отходит. Он внизу. Туда взгляни.
Его несут солдаты под окно.

Внизу стража вносит Антония.

Клеопатра

Уйди с твоей орбиты величавой,
О солнце! Темнотой обволокитесь,
Неверные земные берега!
Антоний мой, Антоний!

Антоний

Не печалься.
Не Цезарь надо мною торжествует,
А над собою торжествую я.

Клеопатра

Так и должно быть. Одолеть Антония
Один Антоний мог. Но горе нам!..

Антоний

Царица, умираю. Умираю.
Не уступаю смерти лишь затем,
Чтоб тысячи блаженных поцелуев
Одним последним, бедным завершить.

Клеопатра

Спустилась бы, родной мой, но боюсь,
Как бы меня враги не захватили.
Прости, любимый. Цезарев триумф
Не будет мной украшен. Есть на свете
Еще отрава, нож, укус змеи.
Не дамся. Осуждающе меня
Смиренница Октавия не будет
Разглядывать. Иди сюда, ко мне.
На помощь женщины! Подымем вместе.
Друзья, вы снизу подсобите нам.

Антоний

Скорей. Кончаюсь.

Клеопатра

Нелегка забава.
Это не рыбку из воды тащить.
Вся твоя сила в тяжесть обратилась.
Была бы я хозяйкою небес,
Меркурий бы тебя на крепких крыльях
К Юпитеру в товарищи вознес.
Ну-ка, натужились. Еще, еще.
Хотенья много, а силенок мало...

Антоний поднят наверх.

Клеопатра

Ну вот. Добро пожаловать. Живи —
А умереть успеешь... Поцелуем
Когда б умела к жизни воскрешать,
Я бы истерла губы в поцелуях.

Все

О горе!

Антоний

Дай вина... Сказать хочу...

Клеопатра

А я вопить хочу и клясть Фортуну,
Чтобы продажная оторопела,
Чтобы разбила колесо свое.

Антоний

Дай мне сказать... У Цезаря проси
О милости и сохраненьи чести...

Клеопатра

Ужиться чести с милостью нельзя.

Антоний

Ты слушай, дорогая... Доверяй
Из Цезаревой свиты одному лишь
Ты Прокулею.

Клеопатра

Только лишь доверюсь
Своей решимости, своим рукам.

Антоний

Не удручайся горькой переменой
Моей судьбы, а радуйся тому,
Что был властителем я величайшим,
Владычил достославно. И теперь
Не кланяюсь трусливо — умираю
Как римлянин, достойно побежден...
Все. Больше не могу. Душа уходит.

Клеопатра

О благороднейший, не умирай.
Подумай обо мне, осиротелой
В тошнотном этом мире. Без тебя
Он — хлев свиной... О женщины, глядите —
Венец творенья меркнет.

Антоний умирает.

Клеопатра

Отзовись!..
Угасла путеводная звезда
Великих войн. Увял венок победный.
Ушло различье меж молокососом
И витязем... В подлунной ничего
Достойного вниманья не осталось...

Теряет сознание.

Хармиана

Царица!

Ира

И царица умерла.

Хармиана

О государыня!

Ира

Очнись, царица!

Хармиана

Властительница наша!

Ира

Госпожа!
Монархиня Египта!

Хармиана

Тише, Ира.

Клеопатра

(придя в себя)
Такая ж я, как все. Не крепче дух,
Чем у коровницы и судомойки.
В богов неправедных бы мне швырнуть
Мой царский скипетр — и в лицо им крикнуть,
Что мир наш небесам не уступал,
Пока они Антонья не украли.
Но все напрасно. Глупо и терпеть,
И бешеною кошкой бесноваться.
Велик ли грех, не дожидаясь если
Прихода смерти, к ней сама ворвусь?..
Бодрее, девушки мои, бодрей!
Крепись, не вешай носа, Хармиана!
Ах, милые, светильник наш угас.
Похоронить осталось. А затем
По римскому высокому примеру
Поступим, чтоб гордилась нами смерть.
Охолодела оболочка духа
Высокого. Давайте унесем.
Теперь осталась нам одна опора —
Решимость кончить коротко и скоро.

Уходят, унося сверху тело Антония.

АКТ V

Сцена 1

Лагерь Цезаря. Входят Цезарь, Агриппа, Долабелла, Меценат, Галл, Прокулей и другие члены военного совета.

Цезарь

Ты, Долабелла, убеди его,
Чтоб сдался. После этого разгрома,
Скажи ему, сопротивленье длить
Нелепо и смешно.

Долабелла

Исполню, Цезарь

Уходит.

Входит Деркет с мечом Антония.

Цезарь

Ты кто такой? Как смел сюда явиться,
Меч обнажив?

Деркет

Зовут меня Деркет.
Служил достойнейшему из достойных —
Антонию. Он высился пока,
Пока его звучали приказанья,
Я исполнял их, жизни не щадя.
И так же верно буду я служить
Тебе, если меня на службу примешь.
А если нет, то милуй иль казни.

Цезарь

Скажи ясней.

Деркет

О Цезарь, мертв Антоний.

Цезарь

Такая весть должна бы прогреметь
Землетрясеньем — диких львов метнуть
На улицы, а горожан — в пустыни.
Не одного лишь человека смерть
Свершилась. Заключал в себе Антоний
Полмира.

Деркет

Не секира палача,
Не нож наемника причиной смерти;
Своей рукою он убил себя.
Сей меч я вынул у него из раны.
Кровью Антония он обагрен,
Меч мужественный — кровью благородной.

Цезарь

Вы опечалены, друзья, недаром.
Пускай за слабость боги нас корят,
Но это весть, способная увлажить
Глаза царей.

Агриппа

Как странно, что природа
Нас вынуждает горевать о том,
Чьего конца мы яро добивались.

Меценат

В нем были равносмешаны порок
И доблесть.

Агриппа

Редкостнее, выше духом
На свете не было владык. Но боги
Изъянов добавляют в наш состав,
Чтоб знали мы, что мы всего лишь люди.
А Цезарь омрачился.

Меценат

Увидал,
Как в зеркале огромном, чем грозит
Великому величье.

Цезарь

О Антоний!
Я вынудил тебя так поступить.
Вот так же мы врачующим ножом
Нарыв на теле собственном взрезаем.
Когда б не я тебя, то ты б меня...
Нам в целом мире было не ужиться.
И все ж кровавыми слезами сердца
Позволь тебя оплакать, друг и брат,
Мой боевой соратник и совластник.
Я черпал у тебя и мощь, и мысль.
Зачем непримиримость наших судеб
Так беспощадно разделила нас?
Свидетелями будьте, о друзья...
Но не сейчас...

Входит египтянин.

Цезарь

Послушаем, что скажет
Гонец спешащий этот. Послан кем?

Египтянин

Египетскою бедною царицей.
Лишь усыпальница осталась ей.
Она желает знать твое решенье,
Чтоб поступить, сообразуясь с ним.

Цезарь

Пусть ободрится. Скоро наш посланец
Почетные условья передаст,
Ибо не может милостивый Цезарь
Немилостиво с нею обойтись.

Египтянин

К тебе да будут милостивы боги!

Уходит.

Цезарь

Сюда, мой Прокулей! Иди, скажи ей,
Что срама ей не будет. Успокой,
Утешь ее. Не то, в своей гордыне,
Она способна огорошить нас,
С собой покончив. В Риме наш триумф
Она своим участьем обессмертит.
Иди и, возвратившись, доложи,
Какой нашел ее и что сказала.

Прокулей

Исполню, Цезарь.

Уходит.

Цезарь

Галл, ты с ним иди.

Галл уходит.

Цезарь

И Долабелла пусть сопровождает.
Где Долабелла?

Все

Долабелла, эй!

Цезарь

Не надо. Вспомнил я, что с порученьем
Его послал. Пойдет туда поздней.
Прошу ко мне в палатку. Убедитесь,
Что против воли втянут был в войну
И что, Антонья умиротворяя,
Во всех посланиях я был спокоен
И мягок. Вот пойдемте, покажу.

Уходят.

Сцена 2

Александрия. Царская усыпальница. Входят Клеопатра, Хармиана и Ира.

Клеопатра

В несчастии мудреет жизнь моя, —
И жалок Цезаря удел, я вижу:
Он не хозяин, а холоп судьбы.
И вижу я, величье только в том
Деянии, что кончит все деянья,
Сковав теченье бед и перемен, —
И спи затем, и не глотай дерьма,
Которым живы нищие и Цезарь.

К дверям усыпальницы подходит Прокулей.

Прокулей

Цезарь приветствует тебя, царица
Египта, и желает, чтобы ты
Означила достойные условья,
О коих ты намерена просить.

Клеопатра

Как твое имя?

Прокулей

Прокулей.

Клеопатра

Антоний
Сказал, что доверять тебе могу.
Но все равно уж, хоть и обмани.
Желает Цезарь, чтобы я просила.
Но меньше, чем о царстве, не к лицу
Просить царице. Если пожелает
Египет покоренный возвратить
Для сына моего, склоню колени
Я в благодарность за свое добро.

Прокулей

Спокойна будь, не бойся ничего.
Великодушен Цезарь сверх предела.
Коленопреклоненных просит сам
Помочь ему осыпать их дарами.

Клеопатра

Скажи, что отдаю ему во власть
Свое уже плененное величье,
Что я учусь покорности всечасно
И рада бы узреть его лицо.

Прокулей

Скажу, о дорогая госпожа.
Твоих невзгод виновник сострадает
Тебе в невзгодах этих. Не тужи.

Входит Галл с солдатами, проникая наверх.

Галл

Как видишь, взять ее врасплох легко.
Стеречь, покуда не прибудет Цезарь.

Уходит.

Ира

Царица!

Хармиана

Ты обманута, царица.

Клеопатра

Скорей, проворней, руки!

Выхватывает кинжал.

Прокулей

(обезоруживая ее)
Погоди!
Нельзя. Не надо. Мы не обманули,
А помогли.

Клеопатра

И умереть нельзя?
Приканчивают даже и собак ведь,
Чтобы не мучились.

Прокулей

Нехорошо
Великодушье Цезаря марать
Самоубийством. Пусть Земля увидит,
Сколь благороден Цезарь.

Клеопатра

Где ты, смерть?
Приди, возьми меня. Я поценней,
Чем сотни побирушек и младенцев.

Прокулей

Не горячись.

Клеопатра

Ни пить, ни есть, ни спать
Не стану. Тело бренное разрушу,
И помешать не сможет Цезарь ваш.
Слова — медяшки. Но не сомневайтесь,
Рабынею не буду у него
Терпеть укоры постных глаз Октавии.
Хотите выставить на посмеянье
Крикливой черни? Мне милее смерть
В канаве здешней. Предпочту в грязи
Валяться голой падалью, распухшей
От жала плодовитых нильских мух,
Или висеть в цепях на пирамиде.

Прокулей

У страха слишком велики глаза.
Преувеличиваешь понапрасну.
Жесток не будет Цезарь.

Входит Долабелла.

Долабелла

Прокулей,
Про твой успех доложено, и Цезарь
Велит тебе вернуться. А царицу
Стеречь я буду.

Прокулей

Очень хорошо.
Ты, Долабелла, будь помягче с нею.

Клеопатре.

Прокулей

Что Цезарю прикажешь передать?

Клеопатра

Что умереть хочу.

Прокулей уходит.

Долабелла

Владычица!
Знакомо ль тебе имя Долабеллы?

Клеопатра

Не помню.

Долабелла

Несомненно, про меня
Ты слышала.

Клеопатра

Слыхала или нет,
Знакомо, незнакомо, — все едино.
Не правда ль, вам смешно, когда вам дети
И женщины рассказывают сны?

Долабелла

Не понял.

Клеопатра

Снился мне властитель мира —
Антоний. О, еще такой бы сон
Увидеть — про такого ж человека!

Долабелла

Угодно ль тебе...

Клеопатра

Солнце и луна
Сияли на его небесном лике
И освещали щуплый шар земли.

Долабелла

О царственнейшая!..

Клеопатра

Живым Колоссом
Он высился над океаном, ноги
На берегах обоих утвердив
И руку над вселенной подымая.
А голос музыкой небесных сфер
Звучал друзьям — и сотрясал врагов,
Подобно грому. Тощих зим не знали
Его щедроты. Осень то была
Неиссякаемого изобилья.
В своих утехах был он, как дельфин,
Плывущий не на дне, а над волною.
Цари с князьями были у него
Посыльными. Владенья, острова
Монетами ронял он из кармана.

Долабелла

Царица!..

Клеопатра

Мог ли быть на самом деле
Такой приснившийся мне человек?

Долабелла

Не мог, царица.

Клеопатра

Ты безбожно лжешь.
Но он огромнее, чем сновиденья.
За вымыслом природе как поспеть?
Но, сотворив Антония, природа
Сны посрамила раз и навсегда.

Долабелла

О государыня! Ты велика,
И так же велики твоя утрата
И скорбь твоя. И глядя на тебя,
Клянусь, такою поражен печалью,
Что сердце разрывается в груди.

Клеопатра

Благодарю. А что намерен Цезарь
Со мною делать?

Долабелла

Тяжко мне сказать.

Клеопатра

Прошу тебя.

Долабелла

Хоть он и благороден...

Клеопатра

Но пленницею поведет меня
В своем триумфе.

Долабелла

Это достоверно
Я знаю.

Трубы, возглас за сценой: "Дорогу Цезарю!". Входят Цезарь, Галл, Прокулей, Меценат и другие.

Цезарь

Кто царица здесь Египта?

Долабелла

Наш повелитель это, госпожа.

Клеопатра опускается на колени.

Цезарь

Встань, государыня Египта, встань.

Клеопатра

Велели боги мне склонить колени
Перед тобою, о владыка мой.

Цезарь

Не удручайся. Мы твои поступки,
Нанесшие нам раны и урон,
В непреднамеренные записали.

Клеопатра

Властитель мира! Обелить себя
Недостает уменья мне. Признаюсь,
Я, как и все мы, женщины, слаба.

Цезарь

Знай, Клеопатра, не винить желаем
Тебя, а извинить. И если ты
Пойдешь навстречу, то не пожалеешь.
Но если, вслед Антонию, с собой
Покончишь, выставив меня жестоким,
То обречешь детей своих на гибель,
От коей их желал бы оградить.
На этом разреши с тобой проститься.

Клеопатра

Ничье тебе не нужно разрешенье.
Ты властелин Земли. Она твоя.
А с нами, как трофеями победы,
Ты волен как угодно поступить.

Цезарь

Во всем, касающемся до тебя,
Советницей моей сама ты будешь.

Клеопатра

Вот список драгоценностей и денег,
И золотых вещей, и серебра.
Оценено все точно. Ничего
Не упустила, разве только мелочь
Какую-нибудь. Где ты там, Селевк?

Входит Селевк.

Селевк

Я здесь, царица.

Клеопатра

Вот мой казначей.
Пусть засвидетельствует он, под страхом
Твоей немилости, что ничего
Не утаила я. Скажи всю правду.

Селевк

Я лучше вовсе рот себе зашью,
Но лжесвидетельствовать не желаю.

Клеопатра

По-твоему, я что-то утаила?

Селевк

Достаточно, чтобы купить все то,
Что в списке здесь.

Цезарь

Царица, не красней.
Ты мудро поступила. Одобряю.

Клеопатра

Ты видишь, Цезарь, верность холуёв.
Мои к тебе сейчас переметнулись.
А поменялись если б мы судьбой,
Твои ко мне бы перекочевали.
Неблагодарность этого Селевка
Меня приводит в ярость. Подлый раб!
Ты ненадежнее, чем проститутки.
Что, пятишься? Хоть улетай на крыльях,
Глаза свои тебе не уберечь.
Все выцарапаю. Бездушный пес,
Мерзавец редкостный!

Цезарь

Прошу, царица...

Клеопатра

О Цезарь, да ведь жалит душу стыд!
Меня ты удостоил посещеньем,
И при тебе мой собственный слуга
Мне подбавляет срама и позора.
Допустим, я оставила себе
Дешевые безделки, побрякушки
Для римлянок знакомых. И допустим,
Дороже кой-что отложила я
Для Ливии твоей и для Октавии,
Чтоб заступились за меня они.
И что же — обличать меня берется
Мой выкормыш? Унизил он меня
Всего несносней. — Убирайся вон,
Не то сквозь пепел моего злосчастья
Былое пламя бешенства блеснет.
Будь ты мужчиной, пощадил меня бы.

Цезарь

Ступай, Селевк.

Селевк уходит.

Клеопатра

Уж так заведено.
Властителей, нас вечно обвиняют
В чужих грехах. И, свергнутые, мы
Расплачиваемся. Жалеть нас нужно.

Цезарь

Что есть там в списке и чего в нем нет,
Все оставляем мы в твоем владенье.
Вольна хранить ты это и дарить.
Знай, Цезарь не скупец и не купец,
Чтобы товары выверять по спискам.
Гони ты прочь печалящие мысли
И узницею не считай себя.
Намерены решить с твоей подсказки
Судьбу твою. Спокойно ешь и спи;
Тебя жалеем, о тебе печемся.
Теперь прощай.

Клеопатра

О повелитель мой!

Цезарь

Нет, просто друг. Прощай же, Клеопатра.

Трубы. Цезарь со свитой уходит.

Клеопатра

Он заговаривает зубы мне, —
Ох, девушки, — чтобы порыв высокий
Мой обессилить. Слушай, Хармиана.

Шепчется с Хармианой.

Ира

Кончай, царица наша. День погас,
И наползает тьма.

Клеопатра

(Хармиане)
...Ступай быстрее.
Уж я условилась. Готово все.
Поторопи.

Хармиана

Исполню, госпожа.

Входит Долабелла.

Долабелла

А где царица?

Хармиана

Здесь.

Уходит.

Клеопатра

А, Долабелла!

Долабелла

Как выполняют клятву, исполняю
Я повеленье той, кого люблю.
Идти намерен Цезарь через Сирию, —
И отошлет вперед тебя с детьми
Твоими послезавтра. Будь готова.
Ну вот. Исполнил то, что обещал.

Клеопатра

В долгу я пред тобою, Долабелла.

Долабелла

Я рад служить. Прощай. Спешу назад.

Клеопатра

Спасибо и прощай.

Долабелла уходит.

Клеопатра

Что скажешь, Ира?
Египетскою куклой выставляться
Желаешь в Риме рядышком со мной —
На обозренье и на поруганье?
Там в сальных фартуках мастеровые
Подымут на передвижной помост,
И среди стука молотков дышать
Их кислым потом и отрыжкой будем.

Ира

Не дай-то боги!

Клеопатра

Ликторы-нахалы,
Как шлюх, нас будут лапать. Рифмачи,
Фальшивя, распевать о нас баллады.
Комедианты юркие тотчас
Представят нас пирующих. Антоний
Вдрызг будет пьяным. И увижу я,
Как расписклявит царственность мою
Малец-актер с ужимкой потаскушьей.

Ира

О боги!

Клеопатра

Именно все так и будет.

Ира

Чем видеть это, я себе глаза
Ногтями вон!

Клеопатра

Да, средства не иссякли.
Врагов оставить можно в дураках.

Возвращается Хармиана.

Клеопатра

А вот и Хармиана! Ну, несите
Мне лучшие одежды. Наряжайте
Меня по-царски, женщины мои.
По Кидну снова поплыву на встречу
С Антонием. Живей, пока живу.
А после будет у тебя досуг
До Страшного суда. Неси корону!

Ира и Хармиана уходят. За сценой шум.

Клеопатра

Что там за шум?

Входит солдат из стражи.

Солдат

Инжиру вам принес
Вахлак какой-то. Прёт сюда с корзиной.

Клеопатра

Впусти его.

Солдат уходит.

Клеопатра

Высокое деянье
Орудьем этим бедным совершу.
Несет он мне свободу. Я решилась.
Нет женского во мне уж ничего, —
Связь разорвав с изменчивой луною,
Вся сделалась я мраморно-тверда.

Возвращается солдат с сельчанином, несущим корзину.

Солдат

Вот он.

Клеопатра

Пусть остается; ты иди.

Солдат уходит.

Клеопатра

Принес ты змейку нильскую, скажи мне,
Способную без боли убивать?

Сельчанин

Принес, принес червя, принес аспида. Да только трогать не советую — кусает насмерть. А уж померев от него, редко воскресают.

Клеопатра

А помирали многие?

Сельчанин

Еще бы — и мужчины, и женщины тоже. Одна не дальше как вчера, — такая порядочная, только вот ко лжи и ложу расположенная, — рассказывала, как червь ее кусал, где зудело и как помирала. Очень хвалит червя. Но верить им нельзя и вполовину. Одно только сомненно: червь этот — чистый аспид.

Клеопатра

Ну, уходи. Прощай.

Сельчанин

Желаю вам приятной жизни с аспидом.

Ставит корзину на пол.

Клеопатра

Прощай.

Сельчанин

Только учти — червь свое аспидово дело знает.

Клеопатра

Да, да. Прощай.

Сельчанин

Ты имей в виду — червю не доверяй. Смотреть за ним поручи умным людям. Он — аспид оголтелый.

Клеопатра

Не беспокойся, присмотрим.

Сельчанин

Вот и хорошо. И не корми его — он кормежки не стоит.

Клеопатра

А тогда ж он меня съест?

Сельчанин

Не думай, не такой уж я простак и знаю, что сам дьявол женщиной подавится. Она — пища для богов, ежели дьяволом не стряпана. Ведь сучьи дьяволы повально портят женщин, — из десяти сотворенных богами уж пяток непременно испортят.

Клеопатра

Ну, уходи. Прощай.

Сельчанин

Да, надо идти. Счастливо оставаться с червяком.

Уходит.

Возвращаются Хармиана и Ира с короной, мантией и пр.

Клеопатра

Наденьте мантию мне и корону.
Я жажду вечности. Не утолю
Уже вином египетским той жажды.
Ира, быстрей. Антоний мой зовет.
Вот встал навстречу, хвалит за решимость,
Над Цезарем смеется, чью судьбу
Нарочно боги сделали счастливой,
Чтобы затем обрушить правый гнев.
Иду, супруг! Отвагою своей
Я докажу, что быть женой достойна.
Я вся огонь и воздух, — остальное
Из своего состава устранив,
Как низменное, вместе с этой жизнью.
Ну, кончили? Давайте обниму вас,
Примите губ последнее тепло.
Навек прощайте, Хармиана, Ира.

Целует их. Ира падает и умирает.

Клеопатра

Ты падаешь? Неужто яд змеи
В моих устах?.. Но если умерла
Ты так легко, то значит, смерть — отрада,
Возлюбленного ласковый щипок.
Лежишь безмолвно? Значит, слов прощанья
Не стоит мир.

Хармиана

Дождем пролейся, туча!
Плачь, небо!

Клеопатра

А она храбрей меня.
Если не поспешу, кудрявый мой
Ее обнимет первую, отдаст ей
Свой поцелуй, в котором для меня
Все небеса. Иди же, милый аспид.

Прикладывает змею к груди.

Клеопатра

Своими острыми зубами враз
Распутай узел жизни. Разозлись,
Кусай же, глупый. Говорить умел бы,
Назвать бы мог ты Цезаря ослом
И простофилей.

Хармиана

О звезда Востока!

Клеопатра

Тсс! Видишь, мой младенец грудь сосет,
Кормилицу блаженно усыпляя.

Хармиана

Разбейся, сердце!

Клеопатра

Как легко, Антоний!
Как нежно жало! —

Найдя в корзине другую змейку, прикладывает ее к руке.

Клеопатра

Нет, и ты ужаль.
Что ж медлить буду...

Умирает.

Хармиана

...в этом подлом мире?
Прощай, о несравненная. Такой
Добычи смерть еще не получала.
Сомкнись, шелковый занавес ресниц.
О золотое солнце, никогда
В очах подобных ты не отразишься!
Корона сбилась набок. Дай поправлю.
А там уже наступит мой досуг.

Вбегают солдаты стражи.

Первый солдат

Царица где?

Хармиана

Тсс, не буди ее.

Первый солдат

Прислал к ней Цезарь...

Хармиана

Опоздал посланец.

Прикладывает змею к себе.

Хармиана

Кусай сильней. Не чувствую тебя.

Первый солдат

Сюда! Предательство! Обманут Цезарь!

Второй солдат

Посланца, Долабеллу позови.

Первый солдат

Ну, Хармиана, разве так годится?

Хармиана

Годится и приличествует ей,
Наследнице преславных государей.
Ох!..

Умирает.

Входит Долабелла.

Долабелла

Что здесь?

Второй солдат

Все они уже мертвы.

Долабелла

Да. Этого и опасался Цезарь,
И этому стремился помешать.
А вот и сам идет он.

За сценой возгласы: "С дороги!", "Дорогу Цезарю!"

Входит Цезарь со свитой.

Долабелла

О властитель!
Твоя догадка чересчур верна.
Все так и вышло.

Цезарь

Мужествен конец.
По-царски возразила нам царица,
Намерения ваши разгадав.
Как умерли они? Не вижу крови.

Долабелла

Кто к ним сюда последним приходил?

Первый солдат

Простой сельчанин ей принес инжиру.
В корзине этой.

Цезарь

А в инжире — яд.

Первый солдат

О Цезарь! Только что была жива,
Стояла, говорила Хармиана,
Корону поправляла госпоже,
Дрожа ознобно, и — и вдруг поникла.

Цезарь

О, доблесть слабосилых! Но от яда
Они распухли бы. А погляди:
Царица словно спит и снова манит
Антония в тенета чар своих.

Долабелла

Вот на груди две точки кровяные
И на руке.

Первый солдат

Змеиный это след;

Глядя в корзину.

Первый солдат

Змеиная на листьях слизь. Такую
В пещерах нильских можно увидать.

Цезарь

Погибла от укуса, не иначе.
Ее придворный лекарь рассказал
О том, что неустанно Клеопатра
Легчайшую отыскивала смерть.
Несите вместе с ложем. И служанок.
С Антонием ей рядом почивать.
И знаменитее четы не будет
Хранить в себе могила ни одна.
Такие судьбоносные событья
В нас, победивших, вызывают скорбь
И отзовутся жалостью в потомках
Великой, как победа велика.
Пусть наше войско шествует за гробом.
То будет знаком почести особым.

Долабелле.

Цезарь

Распорядись. Дань эту отдадим
Печальную — и возвратимся в Рим.

Уходят.

ANTONY AND CLEOPATRA / АНТОНИЙ И КЛЕОПАТРА

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

АКТ I

Сцена 1

Сцена 2

Сцена 3

Сцена 4

Сцена 5

АКТ II

Сцена 1

Сцена 2

Сцена 3

Сцена 4

Сцена 5

Сцена 6

Сцена 7

АКТ III

Сцена 1

Сцена 2

Сцена 3

Сцена 4

Сцена 5

Сцена 6

Сцена 7

Сцена 8

Сцена 9

Сцена 10

Сцена 11

Сцена 12

Сцена 13

АКТ IV

Сцена 1

Сцена 2

Сцена 3

Сцена 4

Сцена 5

Сцена 6

Сцена 7

Сцена 8

Сцена 9

Сцена 10

Сцена 11

Сцена 12

Сцена 13

Сцена 14

Сцена 15

АКТ V

Сцена 1

Сцена 2